Ей вспомнилось, как дядька Прохор наложил тогда на базаре чару на эльфа без всякого нифрила и как разъяснял ей потом, что сила не в нифриле, а в человеке. Она впервые творила могию напрямую без нифрилового костыля. Ей сейчас помогал еще и бубен. Сила жизни, которую она выплескивала, сплеталась с силой самой смерти.
Капитан начал было что-то отвечать ей, но только губы его промычали что-то нечленораздельное, а потом он и вовсе замолк. Она закрутилась, расставив руки в стороны, держа за кончики черную шаль будто бы это крылья, и каждый мах ее руки брызгал силой по глазам пиратов. Теперь она владела их вниманием безраздельно, она могла сделать с ними все, что пожелает.
Ольха выпустила из рук свою черную шаль, и та плавно полетела на палубу. Она продолжала свой пляс, даже если бы захотела, не могла бы сейчас его остановить. Но так и должно быть. Она знала в этот миг, что не столько человек владеет силой, сколько сила владеет человеком. Пляс силы должен быть доведен до завершения.
Моряки глядели будто в туннель и видели черную шаль, падающую плавно словно сорвавшийся с дерева сухой лист и не видели больше ничего. Ни капитана, что неестественно застыл с остановившимся взглядом и не замечает, как стекает из его рта тонкая струйка слюны. Ни корабельного могу, ослепленного и оглушенного, что скрючившись катался безмолвно по палубе тыкаясь в снасти. Ни свистящих стрел, что пускали Цапли, укрытые пологом невидимости.
А когда спохватились, было уже поздно. Слишком близко от них неумолимо бил кожаный бубен, слишком много они употребляли нифриловых настоев. Тела, полегших товарищей, с пугающе торчащими стрелами из груди, из глаза, из шеи, уже поднимались на звук призывающего набата. «Ловцам удачи» в раз стало не до добычи. На корабле завязалась битва мертвых против живых. И выиграть ее у живых не было ни единого шанса. Потому что мертвые от ран не умирали, а живые умирали, и пополняли собой воинство мертвых.
Бака перерубил топором натянутую веревку с вонзившимся в их борт крюком, установил свой щит за бортовые скобы, как раз для того и предназначенные, чтобы удерживать щит стоймя и обеспечивать гребцу защиту от стрел, поплевал на ладони и взялся за весло. Вспарывая воду упругими гребками, они начали отдаляться от корабля.
Придя в себя капитан первым делом грязно обругал «проклятую ведьму». В страшилку про бубен Костяного Принца раньше не верил, однако слышал не раз. И теперь не питал никаких иллюзий, знал, его корабль погибает. Не обращая внимания на кипящий на палубе бой, он развернул стреломет и прицелился. У него был один единственный выстрел. Времени на перезарядку не будет. Капитан придержал дыхание, привычно прошептал краткий призыв к морскому богу и выстрелил.
Стрела размером с хорошее копье покинула свое ложе и пустилась вдогонку ладье. Могло показаться, что стрела пущена слишком высоко и перелетит через цель. Но капитан был хорошим стрелком, расчет траектории тяжелого снаряда был безупречен. Стрела ударила точно в корму ниже ватерлинии. Для капитана это было хоть и малое, но утешение. Затем он в последний раз окинул взглядом свой корабль. Живых на нем оставалось менее четверти. Не сказав никому ни слова, он перевалился через леер и спрыгнул за борт.
В тесной караулке портовой стражи умещался стол, за которым дежурный поручик заполнял бумаги, шкаф для хранения вещественных доказательств и пара лавок вдоль двух стен. А еще клетка в углу, куда запирали задержанных, чтобы потом сдать уже другой страже, городской, клетка была и вовсе крохотной. Чаще всего там оказывались грязные бродяги, пойманные на попытке украсть у рыбаков что-нибудь из улова. Реже попадали мелкие контрабандисты. Но на этот раз в ней сидели три совершенно исключительных головореза…
- …при чем заметьте, - поручик с жаром продолжал рассказывать коллеге - сержанту из магистратуры, прибывшему как раз для того, чтоб препроводить задержанных в городскую тюрьму, - Все трое из племени волка!
- Откуда они тут взялись? – задал сержант резонный вопрос.
- Вот и нам стало любопытно, - поручик тонко улыбнулся, - Мы осмотрели их послужные дорожки. М-да-с. Оказалось, они были в плену на поселении…
- Ни разу не слышал, чтоб из поселения кто-то сбежал, - усомнился сержант.
- Сбежать как раз не трудно, - пояснил поручик, - Только бежать оттуда бесполезно. Потому как ни докуда не добежишь.
- Но эти-то сбежали?
- Не просто сбежали. Их знаки ясно показали, они там учинили бойню, - поручик покосился с прищуром на клетку с задержанными и покачал неодобрительно головой, а потом вдруг подался вперед, будто собрался сержанта в щеку поцеловать и продолжил, понизив голос, - Их ведь там даже не охраняют. Могли просто уйти, а они убили надсмотрщика с помощниками и даже не пожалели коменданта поселения. Представляете? Голову ему отрубили.
- Откуда сведения? – спросил сержант, брезгливо отстраняясь от поручика.
- Я запросил сводку по разыскиваемым преступникам. Но это еще так, цветочки, знали бы вы, что они устроили на острове мертвецов…
