Достаточно грубо перебиваю Хилари, которая просто закатывает глаза.
— А я и доверяю тебе, просто не доверяю остальным. Я не хочу лишиться своей любимой жены!
Она нежно улыбается мне, после чего резко расстегивает на себе блузку. О, нет. Пожалуйста, не здесь.
— Родной, ты же будешь рядом, и не позволишь, чтобы со мной что-то случилось, верно? И ты знаешь, что я люблю тебя больше жизни. Так позволь мне доказать это…
Эта несносная женщина всегда была безрассудной, но так редко пыталась соблазнить меня для того, чтобы чего-то добиться. За год супружеской жизни она так делала всего несколько раз. Когда я не хотел её пускать на задание. Но моя жена умеет убеждать.
— Нет, не здесь, Хилз. Ты знаешь, что я люблю тебя не меньше, просто волнуюсь. Будь осторожна, малыш. Я буду рядом и не позволю никому обидеть тебя. Хотя ты и сама кого захочешь обидишь, но всё равно, — застёгиваю пуговицы обратно, борясь с невыносимым желанием прикоснуться к такой любимой груди.
Оставляю легкий, почти невесомый поцелуй на её губах и быстро выхожу из кабинета, опасаясь того, что могу сорваться. На работе — работа. В нашей чудаковатой семейке всегда работает это правило, но иногда я могу не сдержаться, если моя раздражающая жёнушка, опять что-нибудь выкинет.
Две недели назад, когда у нас была годовщина свадьбы, мы отправились на задание. И праздновали мы не в ресторане, а в засаде. Прежде чем побежать за кем-то, мы просто поцеловались. Хотя помню, что мы преступников застали врасплох. Мы с Хилари дрались спиной к спине, пока в один момент, моя жена резко не развернулась ко мне лицом и не начала меня страстно целовать. Помню, как её ножка задралась, и я думал, что она хочет её закинуть мне на бедро, но как выяснилось позже, Хилз просто ударила бандита по яйцам, когда тот хотел напасть на меня с ножом.
Нет, я благодарен ей, но тут даже мне стало больно, хотя били не меня. Возможно, мужская солидарность. И честно, не хотелось бы мне попасть ей под горячую руку.
Но сейчас я готов крушить всё. Мне всегда помогали воспоминания, чтобы я не забывал, как полюбил эту девушку, и через что мы прошли, но теперь сложно.
Хилари вмещала в себе качества самой настоящей суки и милой девушки. О, ещё и хорошего бойца. Как у неё получалось быть разносторонней, я не понимаю до сих пор.
На данный момент, эта выскочка, кстати любимая, просто воспользовалась моей отвлечённостью.
Ей всегда нужно задание. Желательно под прикрытием. И она справится с этим мастерски. Но я всё ещё помню, когда чуть не потерял любовь всей моей жизни на простом задании. Хилари чуть не погибла, а я чуть не тронулся умом. Правда потом мы поменялись местами, и уже она не отходила сутками от моей койки. Помнится мне, когда я пил ту чёртову воду, я видел, что Хилз берет мой стакан. Я пытался протестовать, так как думал, что она тоже хочет выпить… Да, у нас было много случаев.
Все наши сотрудники разбросаны по периметру нужного места. Пока Хилари сидит под деревом, делая вид, что изучает какую-то тему по астрономии. О, прекрасно знаю, как ей это не нравится, но это было небольшое наказание за её проступок.
Вижу как к ней направляется маньяк и что-то говорит нечленораздельное. Лишь потом я понял, что неправильно вставил наушник.
Хилари собирается уходить, делая вид, что ей страшно и стыдно от его слов, но резко смотрит в мою сторону и подмигивает.
О, нет, я знаю этот взгляд. Несносная, раздражающая и безрассудная девчонка.
Когда этот урод говорит, что сначала надругается над её хрупким телом, а потом ещё что-то сделает, моя жена довольно резко и с разворота бьёт его в голову. Вот это моя девочка. Мужчина падает, когда Хилари быстро переворачивает его на живот, садится на его колени и заламывает его руки, чтобы надеть наручники.
— Я и забыл, что у крошки из Беверли-Хиллз такая шикарная попка, — Брэдли говорит это в наушник, и я уже думаю, как его лучше убить: мучительно и долго, или безболезненно и быстро?
Хилари слышит это, после чего она начинает ухмыляться. Эй, вообще-то это я её муж.
— Ты же в курсе, что говоришь это о моей жене? — я слегка уточняю, продолжая сидеть в засаде, ожидая знака от Хилз.
— Конечно в курсе. Такое точно не забудешь. Остынь, Стоун, это всё принадлежит тебе. Тем более, у неё, может, и крутая фигура с красивым личиком, но характер ужасный. Поэтому не знаю, как ты её терпишь, но я бы не смог.
Вот здесь он прав. Эта дамочка раздражающая до чёртиков, но довольно боевая. Она может прикинуться такой милой девочкой, но я не завидую тому, кто её разозлит.
Помню, когда мой отец позвал нас на благотворительный вечер, туда прискакала и Келли. Она думала, что можно ещё всё вернуть, и поэтому говорила Хилари всякую чушь. Например, что она временное увлечение, и якобы у меня к Келли до сих пор чувства. Моя нынешняя девушка тогда вылила на голову моей бывшей бокал шампанского. И я уверен, что она ещё сдержалась, иначе начался бы женский бой, в котором победитель известен заранее. Хилари.
— Ребят, если вы прекратили обсуждать мой зад и мой характер, то, может, вы заткнётесь к чертям и поможете мне?