К сожалению, вечеринка только начиналась. Теперь танцы и общение. Покончив с формальностями, гости будут искать возможности поболтать с ним. Дамы ожидают, что он пригласит каждую на танец или два.
Габриэль не сделал ни того, ни другого. Вместо этого он подошел к бару, выпил еще один бокал вина и съел несколько канапе и свежих фруктов. Он надеялся найти Серафию, которая в какой-то момент исчезла, но вместо этого наткнулся на отца рядом с блюдом запеченного сыра бри.
– Что ты думаешь об Уильяме?
Уильям? Габриэль пролистал в голове двести имен, которые только что слышал, – ничего.
– Уильям Роулинг, старший сын Патрика, – пояснил Рафаэль, раздраженный забывчивостью и невнимательностью Габриэля.
– О, – сказал Габриэль, делая глоток вина. Он воздержался от комментария, что не различает братьев-близнецов. Это только взбесит отца. – Он кажется очень приятным молодым человеком. А что? Пытаешься свести меня с ним? Он не в моем вкусе, папа.
– Габриэль, – сказал Рафаэль предупреждающим тоном. – Я думаю о нем и Бэлле.
Габриэль сдержался и не поморщился. Вся эта королевская ерунда уже вскружила отцу голову, раз он думает, что может устраивать браки и никто и слова не скажет.
– Думаю, Бэлле будет что сказать на эту тему, причем гораздо больше, чем мне.
– Роулинг самый влиятельный бизнесмен в Алме. Объединение наших семей укрепит наши позиции здесь как в финансовом, так и в социальном плане. Будь у него дочь, я бы тоже подсунул ее тебе под нос.
– Папа, это брак, а не слияние компаний.
– Разницы никакой. Подобный уговор был у меня с твоей матерью, и теперь наша компания находится в списке Fortune 500[2].
– Да, и вы развелись, – добавил Габриэль. Их мать счастливо жила на другом континенте с тех пор, как Бэлле исполнилось восемнадцать и она выполнила свои обязанности перед Рафаэлем и детьми. Ну, разумеется, Бэлла мечтала именно о таком браке. Отвернувшись от отца, Габриэль снова оглядел толпу.
– Кого ты ищешь? – спросил Рафаэль.
– Серафию.
Рафаэль положил креветку в рот и стал жевать с кислым выражением на лице.
– Не слишком впадай в зависимость от нее, Габриэль. Она здесь всего лишь до конца недели. Ты должен научиться обходиться без нее.
Слова отца озадачили Габриэля.
– Я не завишу от нее. Просто наслаждаюсь ее компанией и считаю, что без нее эта вечеринка была бы утомительна.
– Ладно, но не слишком увлекайся на этом фронте. Если тебе скучно, предлагаю сосредоточиться на дамах, которые собрались здесь сегодня вечером. Пригласи Диту Гомес или Мариэллу Санчес на танец и посмотри, не развеешься ли ты.
– А что, если я хочу пригласить Серафию потанцевать со мной, отец? Хватит обращаться с ней как с простым персоналом. Семья Эспина такая же важная и благородная в Алме, как любая из представленных здесь сегодня.
Рафаэль напрягся, на шее у него проступили красные пятна, Габриэль часто наблюдал такое в последние дни.
– Сейчас не время обсуждать подобные вещи, – прошипел он низким голосом. – Пора пообщаться с новыми соотечественниками и начать поиск подходящей королевы. О семье Эспина мы поговорим позже. Теперь иди к гостям! – потребовал он.
Габриэль не стал спорить. Если светские разговоры на время избавят его от отца, то он сделает это с удовольствием. Возможно, ему даже удастся выяснить, где прячется Серафия. Кивнув, Габриэль отложил тарелку и направился в толпу. Каждые несколько футов его кто-то останавливал и пытался втянуть в вежливую беседу. Как ему нравится в Алме? Устраивает ли его погода? Была ли у него уже возможность насладиться пляжами и местной культурой?
В самый разгар одной из таких бесед он заметил Серафию через плечо собеседника. Она стояла на другом конце зала и разговаривала с джентльменом, чье имя Габриэль забыл сразу, как только того представили.
Сегодня вечером Габриэль видел много красивых женщин, но не понимал, как только его отцу пришло в голову, что кто-то из них может сравниться с Серафией. Она была само совершенство, от которого захватывало дух. Конечно, уже не такая худющая, как в те дни, когда ходила по подиуму, но набранные фунты лишь сделали изгибы ее фигуры более мягкими и плавными.
Ее бледно-розовое платье напоминало нежные лепестки роз, разбросанные по ее оливковому телу. Деликатный романтичный цвет в отличие от смелых, бросающихся в глаза нарядов других женщин. Серафия не нуждалась в том, чтобы притягивать к себе взгляды мужчин, по крайней мере, Габриэля.
Он с большим трудом отыскал ее. Распущенные черные волосы падали шелковистыми локонами ей на плечи и спину. Из украшений – лишь пара розовых сапфировых сережек-гвоздиков, но благодаря бисеру на платье и блеску нежно-розовой помады казалось, что она сверкает с головы до пят.
У Габриэля пересохло во рту, когда он представил, как она целует его обнаженный живот, оставляя на коже розовые следы помады. Он хотел крепко прижать ее к себе, зарыться пальцами в черный шелк ее волос. Наплевать на эту вечеринку со всеми гостями. Он хотел остаться наедине с Серафией, и не для уроков этикета или обсуждения плана действий.
