Габриэль чувствовал, как его лицо меняется и приобретает то же растерянное выражение, как у Люка.
– Посетитель?
Разве можно вот так прогуляться по пляжу до королевского особняка и запросто постучать в дверь, чтобы заглянуть на чай?
– Да. Это старая женщина из Дель-Соль. Она сказала охранникам у ворот, что приехала сюда на такси, чтобы поговорить с вами. Настаивает, что это очень важно.
Габриэль был уверен: все, что люди хотят сказать королю, всегда очень важно, но сейчас он хотел упаковать сумку и оказаться в Барселоне еще до ужина. Все остальное может подождать…
– Она говорит, это касается Серафии.
Габриэль застыл. Это все меняло.
– Проводите ее в гостиную. Попросите Марту принести чай и миндальное печенье. Так мы выиграем немного времени, чтобы организовать все необходимое до моего отъезда.
Люк кивнул и пошел выполнять поручения. Габриэль вернулся к шкафу, собираясь выбрать пиджак. Он самостоятельно подбирал себе наряды последние несколько дней и, если быть честным, не очень хорошо справлялся. Он знал, что Серафия велела бы ему надеть пиджак на встречу с гостьей, особенно пожилой, у которой сохранились более консервативные представления о монархии, и выбрал черный пиджак, который подходил к его серой рубашке. Габриэль знал, что нужно повязать еще галстук, но просто не мог этого сделать. С другой стороны, он ведь в собственном доме, конечно, ему простится немного неофициальный вид.
Когда Габриэль вошел в салон, все его указания уже были безукоризненно выполнены. Марта поставила поднос с великолепными угощениями на журнальный столик и разливала чай. На диване сидела крошечная женщина – увядшая и сгорбившаяся. Ей было не меньше восьмидесяти. Морщинистая загорелая кожа, седые как серебро волосы собраны сзади в аккуратный пучок. Она выглядела как чья-то abuela[9].
– Его высочество принц Габриэль! – объявил один из охранников, стоящих вдоль стены, когда Габриэль вошел в комнату.
Старуха потянулась за тростью, чтобы встать и, вероятно, сделать реверанс, но Габриэль не мог допустить, чтобы она так напрягалась ради него.
– Пожалуйста, не вставайте, – настоял он.
Женщина расслабилась в кресле с выражением облегчения на лице.
– Gracias[10], дон Габриэль.
Он сел напротив, предложил женщине сахар и сливки для чая.
– Что я могу для вас сделать, сеньора?
Она отпила чая, дрожащей рукой поставила чашку на фарфоровое блюдце.
– Спасибо, что нашли время встретиться со мной сегодня. Я знаю, вы очень заняты. Меня зовут Кончита Ортега. В 1946 году, когда произошел переворот, мне было всего пятнадцать лет и я работала прислугой в семье Эспина. Я видела, что опубликовали газеты за последнюю неделю, а теперь узнала, что сеньорита Эспина уехала из Алмы.
– Сеньорита Эспина всего лишь работала у меня несколько недель. Она в любом случае собиралась вернуться домой.
Пожилая женщина прищурилась и пристально посмотрела на Габриэля:
– Я понимаю, ваше высочество, но я также понимаю и узнаю аmor[11], когда вижу это. В душе я знаю, что вы были влюбленной парой, а эта порочная ложь все разрушила. Я должна была вмешаться и рассказать вам правду.
Габриэль внимательно слушал, его интерес возрастал с каждым словом, которое произносила старуха. Даже если он не винил Серафию в прошлом ее семьи, любопытно узнать правду о том, что же на самом деле случилось тогда. Эта женщина может быть одной из немногих еще живых, кто знал всю историю.
– Пожалуйста, – ответил он. – Я очень хочу, чтобы вы рассказали мне все, что знаете.
Она кивнула и расслабилась в кресле с печеньем в руке. Откусила и принялась медленно жевать, откладывая начало рассказа, – настоящая пытка для Габриэля.
– К тому времени все уже успокоилось, – начала она. – Обида и оскорбленные чувства из-за разорванной помолвки между Рафаэлем Первым и Розой Эспина ушли в прошлое. Рафаэль женился на Анне Марии, Роза вышла замуж за другого милого джентльмена, а молодому принцу Рафаэлю Второму, вашему деду, было семь лет. Все обернулось к лучшему. Семья Эспина никогда не стала бы и не участвовала в заговоре против Монторо во время переворота. На самом деле они были ближайшими доверенными вашей семьи.
– Откуда вы знаете?
– В пятнадцать лет я была как мышка, бесшумно и незаметно передвигалась по дому, поэтому была посвящена во все происходящее, и никто не обращал внимания на мое присутствие. Я подавала чай, когда королева Анна Мария тайно приехала в особняк Эспина, чтобы просить о помощи. Алма пережила Вторую мировую войну, но они боялись, что худшее еще впереди. Тантаберра становился все сильнее и влиятельнее, устраивал массовые демонстрации и беспорядки по всей стране. Королевская семья волновалась, что они теряют контроль над страной.
