Будь моей судьбой полностью

Дженни видела ее одетой и куда более уверенной в себе. Окруженной флером уважения и недоступности, в сопровождении безумно влюбленного мужчины. Но все же ошибки быть не могло - перед Раумом стояла на коленях белокурая анхелос Таисия ди Небирос. Жена его кузена.

Мгновенно недостающие детали головоломки сложились в единую стройную картину. Взгляды, которыми обменивалась эта троица. Еле уловимые намеки в беседе. Почти неприкрытая враждебность Армеллина.

- Вот и вся любовь, - произнес Раум, разглядывая ее лицо со странной жадностью. - Если убрать сентиментальную чушь, остаются только секс и деньги.

В его голосе звучала злая тоска, а ищущий, почти просящий взгляд спорил со циничным смыслом только что сказанных слов.

На лице девушки мелькнуло и пропало упрямое выражение.

- Как вам будет угодно, - тихо ответила она.

За внешне смиренным тоном ощущалось несогласие. Спокойное и стойкое, и Дженни на мгновение позавидовала умению Таисии соглашаться не соглашаясь.

Демон тоже почувствовал его.

- Играешь в покорность, детка? - свистящим от ярости шепотом спросил он и хлопнул себя по колену. - Садись-ка, хочу попробовать твои нижние губки.

Подглядывающую за ними девушку почти затошнило от ревности и злости. Забывшись она зарычала, предупреждая: не лезь, мой мужчина.

Видение из прошлого не услышало. Таисия медленно села спиной к демону, принимая в себя возбужденную плоть, и тихонько застонала.

- Тащишься? - со злой издевкой спросил Раум, тиская ее грудь. - Ври себе сколько хочешь, но ты любишь трахаться, сладенькая. И тебе нравится прыгать на мне.

Он резко двигал бедрами, с непонятной злостью сжимал и тискал изящное тело, словно стремился заставить партнершу стонать и кричать как можно громче.

Дженни почувствовала, как к острой, словно боль от пореза, ревности примешивается возмущение. В этом акте было что-то противоественное. Не похожее ни на любовь, ни на близость, ни тем более нежность. Что-то про доминирование и подчинение, унижение и отвержение. Алчущее и раздосадованное выражение на его лице. Гримаска отвращения и возбуждения на ее нежном личике. Словно оба партнера получали извращенное удовольствие от противостояния.

Комната с багровыми портьерами и золочеными обоями, дорогая мебель и миниатюрная полностью обнаженная девушка в руках высокого сильного мужчины. Светлые локоны, рассыпавшиеся по хрупким плечам… Такой редкий пепельный оттенок…

В это мгновение Дженни накрыло узнаванием. Она уже видела эти волосы - светлые, тонкие и легкие. Видела у своего отражения в зеркале - наведенная Раумом иллюзия.

Шок от внезапного открытия вышиб ее из видения. Реальность дрогнула, подернулась рябью, пара в кресле застыла, как одиночный кадр из синема-ленты, и девушка с облегчением скользнула в уже знакомую черную воронку.

***

Она пришла в себя в той же комнате и долго сидела, сжимая кулаки.

Скотина, мерзавец, кобель! Ну и что, что это было давно, больше двух лет назад. Все равно, все равно…

Сильней всего ранило воспоминание о светло-пепельных локонах на месте ее рыжих кудряшек - живое подтверждение, что она всего лишь бледная тень на месте по-настоящему желанной женщины. Дженни не сдержалась и заплакала.

Должно быть, Рауму нравилось ее сопротивление. Распаляло, напоминало о той, другой. О девочке-одуванчике Таисии ди Небирос, которую демон любил и ненавидел за равнодушие. Снова колодой карт перед мысленным взором замелькали воспоминания: многозначительные слова, взгляды. Все, что связывало двух мужчин и одну женщину…

Не зря волчица бесновалась от ревности и норовила вцепиться белокурой анхелос в горло. А Дженни… Дженни просто дура.

Замена. Временная игрушка вместо той, другой, о которой он все еще помнит.

Поток самобичевания оборвал звук со стороны коридора. Кто-то поднимался по лестнице. Не служанка - их форма предполагала туфли на низком каблучке.

Дженни утерла слезы рукавом, встала и направилась к двери. Нельзя, чтобы Раум застал ее такой - униженной, морально раздавленной. Наверное правильно было бы отложить этот разговор до завтра, но она не вынесет еще одну ночь наедине с неопределенностью.

- Раум!

Демон обернулся на зов и нахмурился.

- Джен… Что ты здесь делаешь?

- Живу, - не смогла удержаться она от сарказма. - Для тебя это сюрприз?

- Что ты делаешь в этой комнате?

- Зашла посмотреть, - Дженни взглянула на него в упор. - Ты против?

- Нет, - Раум сглотнул. На его лице застыло странное напряженное выражение, а в глазах читалась отчаянная решимость. - Служанка сказала, что мой папаша был здесь и говорил с тобой?

- Да, - кивнула девушка, радуясь, что он сам начал этот разговор. - Раум, кому принадлежала эта комната?

- Он и это про это проболтался? Кому-то и его демоническое величество не указ, я смотрю…

Дженни недоуменно моргнула.

- Император? При чем здесь он?

- Мы подписывали обязательство о неразглашении, - демон шагнул, и девушка попятилась, пропуская его внутрь. - Все причастные. И Леонард тоже.