– Готова? Марафет навела? Ко мне! – Пристегнул поводок к ошейнику. – А как ты хотела? – ответил на её немой взгляд. Ты же собака, а не красна девица! Под ручку тебя не выведешь!
Вышел в подъезд и вызвал лифт. Спускаться по лестнице не было никакого желания. Рокси послушно сидела рядом.
– Умничка! – похвалил свою любимицу. Так она всегда делала, чтобы её потом отпустили с поводка. Плавали, знаем! Точнее, загонял! Хватило! Поэтому вволю бегать только на закрытой площадке. Ну, или с мячиком! Которые почему-то на морозе быстро превращались в дырявые и теряли для Рокси свою привлекательность.
Лифт остановился. Я уже хотел скомандовать Рокси «вперёд», как услышал истерическое «Опять Вы!» и посмотрел на побледневшую вальки… Василису.
– Рокси! – радостно воскликнула мелкая.
Хоть кто-то нам рад.
– Вы что собираетесь с ним… с ней ехать?! – Василиса переводила испуганный взгляд с меня на Рокси.
И в любой другой раз, я бы просто спустился с Рокси по лестнице, чтобы не нервировать психику соседям. Но Катя Рокси не боялась, а Василиса… пусть привыкает!
– А что здесь такого? Мы всегда с ней пользуемся лифтом.
Мы с Рокси зашли в кабину.
– Но это же собака!
– И что?!
– Здесь люди ездят!
– И что?! С Вами же они как-то ездят?
Василиса негодовала. Отвернулся и нажал кнопку движения.
Рокси, в отличие от Василисы, была совершенно спокойна.
Катя, не выдержав, обхватила Рокси за шею, заставив мамочку взвизгнуть.
– Катя! Отпусти собаку!
– Мама! Это Рокси!
Но на маму Кати это не подействовало. Василиса ещё больше побледнела. И если эта слабонервная сейчас хлобыстнётся в обморок, оказывать первую помощь я не буду!
– Почему она без намордника? – никак не могла угомониться Василиса.
Я повернулся и посмотрел ей в глаза. Большие, серые, с голубым отливом. Красивые.
– Вы видите, что она делает?
– Да.
– И что она делает?
– Сидит.
– Я больше скажу! Ваша дочь только что висела на ней. А она даже не шелохнулась. Так зачем ей намордник?
– Она может кинуться! Вы же не знаете этого!
– «Кинуться» она может только по моей команде.
Но это не особо успокоило молодую женщину. Слава богу, мы приехали, и эта пытка, находиться в небольшом пространстве с Катиной мамой, закончилась.
Мы с Рокси вышли. Катя выскочила следом, бросив маму одну.
– Иван, можно я с ней поиграю?
Я услышал, как Василиса шумно вдохнула. Решил больше не дёргать её нервишки. Что-то Вселенная сегодня явно переусердствовала, сталкивая нас третий раз за день!
– Катя, мне кажется, твоей маме это не понравится.
– Ма-ам! – Катя переметнулась к маме. – Пожа-а-луйста!
– Катя, ты же за пазлами собиралась!
– Пазлы мы успеем купить, а Иван потом уйдёт! Ну, мам! Ну, пожалуйста!
– Я не знаю, – сдалась Василиса.
Ого! У железной леди есть сердце?
– Иван! Мама разрешила! – тут же подскочила Катя. Хотя во фразе «я не знаю», разрешение не звучало точно.
– Катя, у меня нет с собой мячика. Рокси их все прогрызла. – Это была правда. – А новые я не купил.
– Я найду палочку!
Пришлось повернуться к Василисе.
– Вы точно не против? Не хочу потом узнать, что кто-то написал жалобу, что моя собака бегает без поводка.
– Мама! Я уже с ней играла! Ты сама посмотришь!
– Недолго, – еле слышно произнесла Катина мама.
– Ура! – обрадовалась Катя. – Рокси, идём!
Катя никак не могла усидеть на месте. Раскраска ей быстро надоела, мультики тоже. Все мои предложения она воспринимала без особого энтузиазма. Наверное, расстроилась, что гулять мы сегодня больше не пойдём, а одну отпустить теперь даже и не знаю как!
– Катюш, может, ты хочешь что-нибудь вкусненькое?
Я хоть и приносила с работы свежую выпечку, но дома мы с ней тоже стряпали. Катя любила помогать.
– Не знаю, – вздохнула дочка.
– Может, тогда пособираем пазлы?
– Я уже все знаю. Не интересно.
– Хочешь, давай купим новые? – предложила. Катя тут же загорелась.
– Давай! А у меня варежки и штаны ещё не высохли.
– Ну и что! Варежки у тебя есть другие, а штаны давай наденем старые.
Они подходили Кате по росту, просто в садик она ходила в новых, а эти я оставила кататься на горке.
– Ура! – Катя тут же умчалась одеваться.
Если бы я только знала, чем закончится этот поход за пазлами, то сидела дома!
Сначала в лифте мы столкнулись с этим Иваном. Снова! Но хуже было то, что я увидела «собачку», про которую мне столько раз рассказывала Катя!
Да собака Баскервилей и то не такая страшная! А когда Катя обняла эту «собачку», у меня чуть сердце не остановилось!
И я, на свою голову, разрешила Кате поиграть с «собачкой». Чего мне это только стоило! Представляю, какой истеричкой я выглядела в глазах Ивана: маленькая девочка не боится, а её мама чуть в обморок не рухнула! Мне до последней секунды казалось, что живыми мы из этой клетки, именуемой кабиной лифта, не выйдем! Мозг отказывался всё это принимать.
