— Тааак! — Патрик жестом пригласил их перебраться за соседний стол, не переставая вещать. — Вот прямо-таки все в тему ложится! А то, знаете ли, приносило мне тут про неотвратимое возмездие из теней, я и смотрю, что-то стиль не совсем твой. Что, значит, Гонщик-то, конечно, непобедим и неуязвим, но если каким-то чудом так случится, что в бою его одолеют, — Патрик заговорил нарочито торжественно, — то убийце не поздоровится, ибо за Гонщика вступится сама его родная стихия — ночная тьма… Так, столы не трогать!
Патрик железной хваткой заблокировал руку Марека, не давая повторить недавний инцидент. И Марек не без удивления понимал, что вывернуться, если что, ему будет непросто… если вообще удастся. Выждав, пока Марек немного успокоится, Патрик разжал пальцы и продолжал:
— В общем, натурально такая сцена из ужастика — прямо из ночной темноты, значит, возникнет нечто и, по разным версиям, или на месте порвет убийцу на клочки, или утащит в ад. Ну а Гонщику умирать не впервой, полежит для виду да встанет, не привыкать. Только вот про такие явления из теней я раньше разве что про Некроманта слышал, когда он еще в города наведывался. Но слушай, Вэл ведь твой Пассажир…
— Пассажир — мой, а ученик — Некроманта, — пояснил Марек. — Ну точнее как — я, конечно, тоже Вэла всякому разному учу, но у Некроманта просто опыт больше. А еще Вэл решил стать механиком, тут уж от меня точно мало толку.
— Интере-есно… — протянул Патрик. — А вот слушай, извини, если не в свое дело лезу, но мне просто любопытно — все-таки очень редко детей в Пассажиры берут, ты на моей памяти первый, а помню я много. Ну у вас с Птахой все было понятно, вы братья, попробовал бы кто усомниться. Но это порождение теней за твоего брата разве что с большой натяжкой можно выдать.
— А вот за брата Некроманта — вполне, — улыбнулся Марек.
Тут произошло нечто необыкновенное — Патрик не нашелся с ответом.
— В смысле? — переспросил он резко севшим голосом.
— В прямом, — пояснил Вэл. — По документам я Валерий Бельский и прихожусь Некроманту младшим братом.
— Рисковые вы парни… — все так же едва слышно выговорил Патрик и надолго замолчал. Вэл озадаченно взглянул на Марека, тот только развел руками, ибо понимал ничуть не больше, то есть ничего.
— Ребят, — после долгого молчания произнес Патрик, — вы меня знаете, я по понятным причинам не верю примерно ни во что — в половине баек сам участвовал, еще половина оставшихся при мне создавалась. И есть только одна история, в которую я… не то чтобы верю, скорее, не знаю, что думать. Потому что Некроманта знаю очень и очень давно. Близко никогда не общались, ну просто не тот человек, так — пересекались иногда. Я так понимаю, юный адепт тьмы, можно не спрашивать, знаешь ли ты, кто твой наставник?
— Знаю, — спокойно кивнул Вэл. Патрик глубоко вздохнул.
— Так вот. Как оно так вышло, что он стал Ликвидатором — я не знаю и, если честно, знать не хочу, потому что врагу бы таких раскладов не пожелал, — он сказал это с той же интонацией, что когда-то и сам Некромант. — И вот про эти-то расклады и говорят много странного. Про «цену помощи» мне можно не рассказывать — тут сам знаю, что ерунда, иначе тот же Марек здесь бы уже не сидел. Но есть еще одна история. Про то, что Ликвидатору нельзя сближаться ни с кем из Внешних.
«Я тебе приду!» — говорил когда-то Птахе Некромант. Марек очень не сразу осознал, до какой степени Некромант боялся, что однажды ему придется провожать Птаху. Не пришлось.
— Ну да… — задумчиво произнес Вэл. — Чтобы потом не пришлось…
— И даже не в этом дело, — Патрик, конечно, все понял. — Точнее, не совсем в этом. Есть версия, что это опасно для того, кто с Ликвидатором сблизился — мол, утянет однажды на ту сторону. Ну, опять же, тут я слабо верю — вон ваша тусовка как сдружилась. А еще говорят, что такие привязанности опасны для самого Ликвидатора — мол, однажды рука дрогнет, и все. Что «все» — никто не знает, но явно ничего хорошего. А чтобы даже побратимство… рисковые вы парни, говорю же.
— Само так получилось, — усмехнулся Марек. Усмешка вышла кривоватой.
— У нас все само получается, — в тон ему ответил Патрик уже своим обычным голосом. — Но сегодняшний день я точно где-нибудь отмечу как день, когда меня удалось удивить! Да не то что удивить, а лишить дара речи, чего не удавалось еще никому!
— И сломать твой стол, — съязвил Марек.
— Про стол я вообще молчу! Ну что от Гонщика ждать, сплошные жертвы и разрушения!
Он скорчил рожу, и Марек рассмеялся. Все было по-прежнему. Но внезапно изменившийся голос Патрика и слова «рисковые вы парни» так просто уходить из памяти все же не желали.
[1] Песня «Барин и вурдалак» группы «КняZZ».
От Патрика Марек и Вэл ушли поздно — они, собственно, и приехали уже к закрытию тира, именно чтобы поболтать, когда нет клиентов.
— Плохо ты на меня влияешь, — усмехнулся Марек. — Я ведь почти научился жить днем, нет, опять по ночам шастаю. С другой стороны, я тут ужас городских окраин или как, мне положено!