Осеннее солнце вставало над Учгардашем, когда мы вошли в село. Мы, как нам объясняли, миновали большой белый каменный дом, который, по моим представлениям, мог принадлежать Вели-беку Назарову, и свернули направо. Каково же было мое удивление, когда нужный нам дом оказался (хотя и огромный, сложенный из красного обожженного кирпича) весьма неприглядным и неухоженным, не имевшим даже жестяной крыши, которая, по мнению большинства вюгарлинцев, — первый признак зажиточности хозяина.
Возле дома нас встретил человек небольшого роста с большими оспинами на лице. Мы рассказали ему, что бежали из Вюгарлы, которое, как известно, принадлежит Вели-беку. Мирза Алыш был доверенным человеком Вели-бека, он тут же уверенно заявил, что бек не откажет нам ни в жилье, ни в работе. Явное сочувствие звучало в голосе Мирзы Алыша.
Он привел нас в небольшую комнату на первом этаже бекского дома, в которую, как видно, давно никто не заглядывал: с потолка осыпалась штукатурка, везде была паутина и пыль. Мирза Алыш окинул взглядом комнату и сказал нам:
— Уберите комнату и живите пока здесь. Когда бек вернется, я доложу о вас, и он решит, что с вами делать.
Оказалось, что Вели-бек еще накануне вместе с семьей поехал в гости к родственникам.
Мы валились с ног от усталости, но решили прежде убрать комнату. Я принес два ведра воды из арыка, мать вытерла пыль и вымыла полы. Мы расстелили на полу нашу постель и провалились в глубокий исцеляющий сон.
Под вечер во двор въехали два фаэтона. Из окна мы увидели, что это была семья Вели-бека — он сам, его жена, два сына-погодки, приблизительно одних лет со мной, и дочь. У дома их встретил Мирза Алыш. Все сразу же вошли в дом, и мы услышали, как бек попросил айран, а один из сыновей добавил: «Жажда мучит». Из-за двери мы слышали, как наливают айран в стаканы.
И тут же мы услышали во дворе цокот подков. Я бросился к окну. Во двор въехали три всадника, в одном из них я узнал Алимардан-бека. Он спешился и, подойдя к двери, постучал. Но дверь не открыли. Наверно, Мирза Алыш рассказывал хозяину о нашем приходе. После довольно длительного выжидания Мирза Алыш открыл входную дверь и пригласил Алимардан-бека в дом. Мы слышали грузные шаги своего бывшего хозяина на лестнице, а потом и голос его:
— Вели-бек! В твоем доме прячутся три беглых моих батрака. Они сбежали из моего дома.
— Алимардан-бек! Во-первых, люди, которые ушли из твоего дома, вюгарлинцы. А Вюгарлы испокон веку принадлежало роду Назаровых, и тебе это прекрасно известно. Где же искать вюгарлинцам защиту, как не у своего бека? И потом: с каких пор эйвазханлинцы приезжают разговаривать с Назаровыми в сопровождении вооруженных людей?! Неужели ты думаешь, что у Назаровых нет ни людей, ни оружия?!
Не прошло и минуты, как и во дворе, и в доме показались вооруженные люди. Очевидно, бек не раз вел такие разговоры с досужими посетителями, потому что из маленького дома, что стоял в углу обширного двора, вышел приземистый плотный человек, опоясанный патронташем, на котором болтался огромных размеров кривой кинжал. Он медленной походкой прошел в бекский дом. И тут снова послышался голос Вели-бека:
— Будь любезен, Джалал, проводи нашего гостя… да проследи, чтобы его по дороге ненароком не обидели.
Тут же заговорил Джалал, не давая Алимардан-беку и слова молвить:
— Извините, бек, хозяин устал, только что с дороги, ему отдохнуть надо, пойдемте со мной, уважаемый, пойдемте!..
Я увидел, как Алимардан вышел из дома и направился к своему коню. Несмотря на грузность, он легко вскочил в седло и, сопровождаемый своими, выехал за ворота.
Мы еще долгое время не могли опомниться от того, что произошло. Потом дверь в нашу комнату открылась и вошел Джалал.
— Алимардан-бека можете больше не бояться. На этом свете не так уж мало людей, у которых голова слишком тяжела для их тела. Этот нищий Алимардан вздумал тягаться с самим Вели-беком! Весь Карабах прислушивается к мнению Вели-бека, а он лезет к нему с какими-то пустяками…
Потом Джалал расспросил нас, что мы умеем делать. Не так уж и много умел мой отец, ведь он долгое время был тартальщиком на промысле. Отец сказал, что умеет хорошо тесать камни, а мать — что пекла у бека хлеб, а я, известное дело, — пасу скот.
— Вот что, — подытожил Джалал, — как раз вчера сюда перегнали из стада двух коров и двух буйволиц. Парень будет их пасти и пригонять на дойку дважды в день. Жена будет помогать у тендыра и саджа печь чуреки и лаваш, доить коров и сбивать масло. А тебе работу найдет Мирза Алыш.
Джалал ушел, и в комнате появился Мирза Алыш. Он принес нам тендырный чурек, кувшин простокваши, тарелки, ложки, чайник. Объяснил, где что взять: лампу, керосин, самовар, мангал, угли, дрова, чистое ведро и два куска мыла. А потом обратился к матери:
