– В соответствии с постановлением министра внутренних дел и тайного советника витязя Миклоша Козмы сегодня ночью ни один полицейский не сомкнет глаз, – отозвался Геллерт, поставив печатную машинку на календарь. Он вставил бумагу в машинку и, прищурив глаза, принялся что-то печатать. Гордон не понял, была ли это насмешка или ему показалось.
На проспекте Ракоци людей стало значительно меньше. Некоторые бары и ночные заведения уже закрылись, медленно опустели кофейни. Тем не менее Гордон заметил, что полицейских и жандармов на улице стало в разы больше, чем обычно, они ровно выстроились вдоль дорог в преддверии долгой ночи. Проходя мимо кофейни «Балатон», он бросил взгляд на вывеску на двери:
Пустой трамвай пересек площадь Луизы Блахи. К тому времени, как Гордон добрался до редакции газеты «Эшт», в городе все стихло. Вахтер ночной смены весело помахал позднему визитеру. И если причиной его хорошего настроения была не бутыль вина, заныканная в шкафу, то, вероятно, он просто радовался смерти Гёмбёша.
– Вечер добрый, господин репортер! – Вахтер приподнял шапку, а затем, высунувшись из окошка, проводил Гордона взглядом, пока тот не исчез на верхней площадке лестницы.
В редакции, кроме дежурной машинистки, никого не было. С тех пор как Гордон устроился в «Эшт», ночью всегда дежурила Валерия. Как, собственно, и сегодня. Она сидела за столом перед машинкой, из которой торчал лист бумаги, свет лампы отражался от белесых волос, глаз ее не было видно из-за солнцезащитных очков – самого драгоценного, что было у Валерии. Она гордо показывала всем в редакции свое сокровище: очки альпиниста с кожаными шорами по сторонам, подарок, который ей привезла подружка из Швейцарии, из Берна. Только с их помощью она могла читать при свете лампы, кроме того, солнца, как она сама утверждала, уже лет десять не видела.
«Такова судьба альбиносов, – объяснила как-то Валерия Гордону. – Но я не жалуюсь. Здесь тихо, спокойно, а на рассвете всегда есть время немного почитать». – Валерия подняла книжку, которую держала в руке: новый том из серии детективных романов от издательства «Атенеум».
– Что такое, Жигмонд? – спросила машинистка. – Не спится? Кристина за дверь выставила?
– Утром не успею написать про цирюльника из Сентлёринцкаты, – отозвался Гордон.
– Убийца-расчленитель?
– Он самый, – с этими словами мужчина подошел к столу.
Валерия тем временем подняла тонкую книжечку на уровень солнцезащитных очков и продолжила читать. Гордон снял реглан и повесил на вешалку, шляпу бросил на стол, предварительно стряхнув с нее капли дождя. Включил лампу, установил бумагу в пишущую машинку, достал записную книжку и начал печатать:
«ВЕСТЬ О ШОКИРУЮЩЕМ ПРЕСТУПЛЕНИИ СЕГОДНЯ ДОСТИГЛА БУДАПЕШТА. В НАСЕЛЕННОМ ПУНКТЕ СЕНТЛЁРИНЦКАТА ПРОИЗОШЛО ЗВЕРСКОЕ УБИЙСТВО: СОРОКАШЕСТИЛЕТНИЙ ПАРИКМАХЕР ФРИДЕШ НОВОТНИ ЗАДУШИЛ ПРОЖИВАВШУЮ С НИМ ТРИДЦАТИЛЕТНЮЮ РАЗВЕДЕННУЮ ЭРЖЕБЕТ БАРТУ. ПОСЛЕ УБИЙСТВА ПАРИКМАХЕР РАСЧЛЕНИЛ И СЖЕГ ТРУП. УБИЙСТВО ПРОИЗОШЛО В МАРТЕ, НО ОБНАРУЖИТЬ ТЕЛО УДАЛОСЬ ТОЛЬКО СЕЙЧАС, КОГДА НОВЫЕ ЖИЛЬЦЫ, ПРОМЫШЛЕННИК ЯНОШ ЗОМБОРИ С ЖЕНОЙ, ПЕРЕЕХАЛИ В ДОМ ПАРИКМАХЕРА. ЖЕНЩИНА РАЗОЖГЛА ПЕЧЬ, ЧТОБЫ ПРИГОТОВИТЬ ХЛЕБ. ОГОНЬ ПЛОХО ГОРЕЛ. ГОСПОЖА ЗОМБОРИ ВЫЧИСТИЛА ПЕЧЬ И… СДЕЛАЛА ШОКИРУЮЩЕЕ ОТКРЫТИЕ: СРЕДИ ПЕПЛА В ПЕЧИ БЫЛИ ОБНАРУЖЕНЫ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ОСТАНКИ. ОНА ТУТ ЖЕ ПОБЕЖАЛА В ПОЛИЦИЮ, ГДЕ…»
Зазвонил телефон. Гордон поднял голову, но, увидев, что Валерия взяла трубку, продолжил писать статью.
«…ЗАЯВИЛА ОБ ОТКРЫТИИ НАЧАЛЬНИКУ УЧАСТКА».
– Жигмонд!
Гордон обернулся.
– Вас к телефону.
– Кто?
– Назвался Калмаром.
Мужчина встал и поспешил к телефону.
– Как вы узнали, что я здесь? – спросил Гордон.
– Я не знал, но подумал, что попытка не пытка.
– Что случилось?
– Как обычно, дело по вашей части. Найдена девушка.
– Какая девушка?
– А вы как думаете? Мертвая!
– Вы еще кому-то о ней сообщили?
– Я всегда начинаю с вас, – ответил полицейский.
– Не сомневаюсь. Вы сейчас на месте преступления?
