Существовало множество различных философско-этических школ. Так, последователи учения адживика, духовными лидерами которой были Макхали Госали и Пурана Кассапа, отрицали господствовавшую теорию кармы. Они учили, что каждый человек в конце концов освобождается от сансары, хотя процесс этот может затянуться даже на тысячи лет. Каждый, считали они, должен пройти через определенное число рождений, возрождаясь в каждой из известных форм жизни. Эта дхарма была призвана даровать человеку душевный покой, умиротворение разума — в самом деле, стоило ли мучить себя переживаниями о будущем, если все и так предопределено? Изменить ничего нельзя. Примерно в том же духе рассуждали представители другого, тоже весьма популярного учения материалистов. Ее основателем был Аджита. Он полностью отвергал теорию реинкарнации на основании того, что человек, как он утверждал, есть чисто физическая сущность, комбинация четырех материальных элементов, и после смерти просто вернется в исходное состояние, проще говоря, распадется на эти исходные элементы. Поэтому поведение человека при жизни не имело никакого значения — всех ждал одинаковый конец. И все же лучше, как полагал Аджита, чтобы человек испытывал благие чувства — радость, счастье, а значит, и совершал бы те поступки, которые помогут обрести их. Были еще и скептики — их духовный лидер Санджая вообще отвергал возможность постижения конечной истины и учил, что посредством кармы нужно достигать умиротворения и душевного спокойствия. Далее следовал вывод, что из-за относительности понятия «истина», споров о ней необходимо избегать — споры и дискуссии порождают лишь озлобленность. Весьма популярным учением был джайнизм. Его основатель Джина Махавира (Великий герой), старший современник Гаутамы, учил, что плохая карма, откладываясь на душе слоем тонкой пыли, тянет ее вниз. Исходя из этих представлений, его последователи предпочитали вообще избегать какой бы то ни было активной деятельности, в особенности поступков, которые могли бы причинить вред какому-нибудь живому существу, будь то букашка или росток. Некоторые джайны старались как можно дольше пребывать в неподвижном состоянии, лишь бы по неосторожности не наступить даже на самый крохотный сучок, не расплескать ни капли воды. Они были убеждены, что даже в этих низших формах жизни заключена живая душа какого-нибудь грешника — в наказание за плохую карму в предыдущих жизнях. Удивительно, как джайны умудрялись сочетать такое бережное отношение ко всем проявлениям жизни с чрезвычайно жестоким отношением к своей собственной. Они практиковали крайние формы аскетизма, стараясь избавиться от последствий плохой кармы: подолгу голодали, отказывались от питья и омовений и т.д.[8].
