Будда (2-е изд., испр.) полностью

Помимо этих литературных памятников в качестве источников сведений о Будде сохранились до наших дней и некоторые произведения изобразительного искусства. Например, знаменитые рельефы из Амаравати (город на юго-востоке Индии в штате Андхра-Прадеш, находящийся неподалеку от основанного в III веке до н. э. города Дхараникоты, столицы древнего государства Андхра, в то время центра буддизма), на ограде и на облицовочных цокольных плитах ступы, буддийского культового сооружения, датируемые III веком н. э. Эта ступа — самая большая из тех, что сохранились от стародавних времен до сегодняшнего дня. Ее первоначальную постройку относят ко II веку до н. э. Мы видим на них Будду, снисходящего на белом слоне с небес Тушита, его рождение, его бегство из собственного дворца, его Просветление, его первую проповедь и его уход в Паринирвану. Совершенная с художественной точки зрения работа на тот же сюжет была обнаружена и в Сарнатхе, месте первой проповеди Будды Шакьямуни.

Не будем, однако, ломать копья при выяснении того, какие из этих источников сведений о Будде самые древние, а какие нет. Последуем совету Марка Блока (1886–1944), знаменитого историка и героя французского движения Сопротивления: «Не следует предаваться „фетишизму истоков“».

Новые открытия, проливающие свет на личность первого в мире людей учителя нравственности, ожидают пытливых исследователей впереди. Тех, кто был и остается настойчив и неугомонен в своем желании узнать настоящую правду о том, как все происходило на самом деле или могло происходить. Дело остается за малым — ознакомиться с наибольшим количеством буддийских текстов на всевозможных языках (пали, санскрите, тибетском, китайском, японском, сакском) и постепенно, по крупицам, собрать информацию, необходимую для восстановления жизненной правды. Но это «малое» безразмерно, как наша Галактика. Ведь рукописей на этих языках в разных странах существует неисчислимое множество. Большая часть из них хранится в многочисленных буддийских монастырях: в Китае, Шри-Ланке, Бирме, Вьетнаме…

Великая литература буддизма, как утверждал выдающийся востоковед академик Владимир Николаевич Топоров, огромна и возникла на «пересечении буддийского морально-этического и религиозно-философского учения с местными традициями»[140].

Подведем первые итоги. Никакими документальными письменными источниками о жизни Будды до его проповеднической деятельности со стороны его современников мы не располагаем. К тому же сведения о его жизни и пути к Просветлению зафиксированы через два столетия после его смерти, а подробности — и того позднее, приблизительно через четыреста лет. И все-таки рассказов о нем самом, его учениках и его деятельности сохранилось немало.

Не чудо ли? Разумеется, чудо! Чудо памяти народной. Память каждого отдельного человека избирательна. Память поколений избирательна вдвойне, особенно когда оформляется преданием. Оно рассказывает нам о самом важном, самом существенном и по сути своей более достоверно, чем свидетельства летописцев, исторических хроникеров, которые часто не по делу словоохотливы и искажают произошедшие события из-за своей политической и религиозной предвзятости, а также в угоду высшим соображениям или по каким-либо иным причинам. Не зря же Герман Ольденберг и Томас Уильям Рис-Дэвидс на заре появления европейской буддологии как науки были убеждены, что при условии удаления некоторых совсем уж фантастических историй буддийское предание вполне заслуживает доверия.

К тому же буддийское предание не только ясное эхо некогда происходивших событий, но и рассказ о том, что открылось Будде, выбравшемуся из стремительной реки времени на берег вечности и понявшему, что он сам причина самого себя, а не существо, управляемое кем-то или чем-то со стороны.

Именно тогда, находясь в глубокой медитации в роще Урувилвы под священным деревом и выйдя из времени, он открыл для себя смысл жизни в мире, уже много тысячелетий протекающей в мучительном и неудобном положении — вверх тормашками, и поделился этим открытием со всем человечеством.

Своим названием бодхи дерево Просветления обязано буддизму. Впрочем, оно признается священным не только буддистами, но и последователями индуизма и джайнизма. Это дерево известно биологам как баньян, индийская смоковница или по-латыни — Ficus religiosa. В текстах на языке санскрите его упоминают как дерево Ашваттха, на языке пали оно Руккха, а на языке хинди — Пипал.

Повседневная жизнь с ее суетой, распаленная людскими страстями и амбициями, вызывает в человеческом сознании помрачения. Она приводит человека к аберрации зрения, когда истинная суть вещей замещается ложными образами, возникающими в калейдоскопе быстро сменяющихся мод, увлечений и привязанностей. Такая жизнь хаотична и неуправляема, а человек, ее проживающий, находится в постоянном неведении и нервном напряжении.