Будда полностью

Для индусов материальный мир, само бытие — мираж, видимость, создание майи. Майя для них иллюзорная энергия, творящая Вселенную. Впервые идея майи присутствует в древней упанишаде — «Прашна-упанишада» (IV–II вв. до н. э.). В ней майя представляет собой божественную силу, создающую иллюзорные образы. Со временем эта идея получает дальнейшее развитие. Полагали, что майя создана богом Брахмой для космической игры с ним — Лилы, потому-то и уподобляется сновидению. Человек находится у нее в плену. Для того чтобы освободиться от ее влияния, предлагаются различные пути.

Упанишады затрагивали искреннюю веру в объективную реальность Брахмана и идею осознания своего индивидуального бытия. Так как Брахман пребывал в человеческой душе, он, без всякого сомнения, мог быть обозначен понятием Атман, то есть его абсолютным аналогом. Человек воспринимал самого себя частью и подобием Брахмана. В понимании современного человека — частью и подобием Вселенной. Между тем, для того чтобы человеческий микрокосм и космический макрокосм оказались соразмерными и слились воедино, от человека требовалось соблюдать законы иерархии, то есть он не должен был уклоняться от своей дхармы и бежать вперед батьки в пекло, или, как сейчас говорят, впереди паровоза.

Смотря ежедневно на горы, деревья и поля, на реку или озеро, то залитые солнцем, то придавленные тучами, человек, живший во времена Сиддхартхи Гаутамы, с приходом вечерних сумерек запрокидывал голову и видел звездное небо. Он тоже был частью этого извечного пространства. Присутствие неба словно подтверждало великое открытие ведийских мудрецов, что существует нечто, первопричина всего и вся, всеобщая душа, Абсолют. Это нечто жило и дышало во всем, видимом и невидимом, и одновременно находилось вне всего, никому не подчиняясь. Оно бесстрастно фиксировало добрые и дурные дела живых существ и направляло их души или сущности на последующие перерождения в соответствии с законом высшей справедливости.

Жизнь людей той эпохи, когда появилось подобное мироощущение, была короткой и наполненной страданиями. Ее среднестатистическая продолжительность в Индии составляла от 22 до 27 лет. Неизбежность ранней смерти преодолевалась верой в перемещение из жизни земной, несовершенной, — в другое пространство, в мир Брахмана в результате слияния с ним после многочисленных земных перерождений. Мир, где сильный притесняет слабого, было куда проще не осуждать, а объявить «виртуальной реальностью» — сансарой. Она сохранялась благодаря иерархии, в основе которой лежал принцип насилия и принуждения в самых разнообразных формах.

Предчувствием настоящей жизни воспринималось томление по тому нечто, что находилось вне земного миропорядка. И тем сильнее, трепетнее и безогляднее верилось в мечту о том идеальном и трудно определяемом словами Пространстве, чье существование априорно предполагалось и подтверждалось генетическим оптимизмом человека, логикой его жизни, фантазией и интуицией, даже вопреки обычному здравому смыслу.

Идея реинкарнации, метемпсихоза позволяла представлять череду многочисленных земных смертей неотвратимым приближением апофеоза вечной и прекрасной жизни. Возможность оказаться в раю или даже освободиться от дальнейших перерождений, ведя веками добродетельную и достойную своего сословия жизнь, делала человека терпеливым и укрепляла веру во всемогущество и объективность кармы — закона воздаяния и ваятеля его последующих телесных обличий.

Согласно этой традиции человек в определенном смысле одновременно находился в трех временных плоскостях — в прошлом, настоящем и будущем, то есть в вечности. Но эта вечность не радовала, а ужасала человека. Ведь ее основой было непрекращающееся страдание. Амплитуда его воздействия в разных рождениях человека колебалась — от адски невыносимого до вполне по-земному терпимого.

Появление мысли у Гаутамы Будды о ненастоящности земного мира не означает признание его отсутствия как истинной реальности. Он обращает наше внимание, что этот мир был и остается в сознании необразованных и доверчивых людей иллюзорным и бесконечно далеким от своей настоящей, объективной сущности. Преодолеть свое дремучее невежество — вот к чему призывал своих последователей Первоучитель.