Тогда сначала вы станете сротапанна, вы вольетесь в поток, вы начнете понимать, что такое вещи и каковы они: жизнь течет без личности. Вот что Будда подразумевает под понятием «стать сротапанна»: вхождение в поток, вступление в идею потока — жизнь похожа на реку, не статичную, но динамичную; нет вещей, есть только события, динамика, феномен энергии.
Вскоре, по мере более глубокого вхождения в этот поток, вы становитесь скридагамином — это значит, что вы родитесь еще только один раз. Вы — понимаете, но ваше понимание еще не полно. Затем вы становитесь анагамином — вы не будете рождаться снова. Вы полностью поняли феномен. И в этом понимании — освобождение.
Получив способность не рождаться снова, вы становитесь архатом — тем, кто постиг, тем, кто достиг. Я использую не-буддистский язык, поэтому будьте внимательны. Я вынужден использовать не-буддистский язык, будьте внимательны, я вынужден использовать не-буддийские термины,— я говорю: «он достиг». Нет никакого другого способа сказать это, но вы должны понимать: когда я говорю «он достиг», нет никакого «он», есть только «достижение»... Даже не само-«достижение», а лишь «процесс достижения».
Проницательность Будды весьма экзистенциальна, ничто так не освобождает, как проницательность Будды. Ведь если вы верите в душу, вы можете оставить мир, но тогда вы всё же будете желать рая — потому что вы не оставляете свою личность. Желание просто переходит в новое измерение. Вы вроде бы смиряете жадность, но на самом деле вы не смиряете ее — просто возникает утонченная жадность.
Посмотрите на рай мусульман, христиан или индуистов. Он выглядит таким мирским, таким вульгарным. Поскольку независимо от того, что говорят вам эти религии о смирении здесь, это компенсируется там, и сторицей. Они говорят: «Не пей!», — а в мусульманском раю, фирдаусе, — реки алкоголя. Нет необходимости его доставать или покупать, не нужно получать лицензию; вы просто погружаетесь в него. Можете купаться, можете плавать в алкоголе. И как это понять?
В мусульманских странах гомосексуализм был очень распространен, потому в раю — не только красавицы, но и красивые мальчики. Это выглядит уродливо, но это — тоже обычные человеческие желания.
Неважно, от чего вы отказываетесь здесь, вы делаете это только для того, чтобы получить больше — вот в чем логика.
Красивые женщины — индуисты их называют
Будда говорит, если вы не откажетесь от личности, вы продолжите увековечивать нонсенс вновь и вновь. Ваш рай будет всего лишь копией мира — тем же самым миром,только измененным, приукрашенным. Здесь, на земле, стечением времени женщины стареют с годами. В раю, в индуистском раю, они никогда не стареют; они вечно пребывают в возрасте шестнадцати лет. Наверное, они чувствуют себя совершенно пресыщенными в возрасте шестнадцати лет; они не растут после шестнадцати.
Каждая женщина хочет навсегда остаться шестнадцатилетней. Такого никогда не случается в этом мире, но там... После шестнадцати женщины растут медленно: их день рождения приходит раз в три, в четыре года. Очень медленно... Но осталось желание — чтобы красота была вечной.
Здесь это невозможно. Даже со всеми научными устройствами, инструментами, способами приукрашивания, пластической хирургией. Здесь каждый должен стареть. В раю — индуистском, мусульманском, христианском, иудейском — чудо происходит: для вас бог приготовил красивый окруженный стеной райский сад. Он ждет. Если вы будете добродетельны, будете повиноваться ему, то будете вознаграждены чрезвычайно; если вы ослушаетесь его, то попадете в ад.
Итак, личность существует как центр желаний, а бог — как центр выполнения этих желаний. Будда говорит, что их не существует, необходимо избавиться и от того и от другого, не существует ни бога, ни личности. Смотрите на реальность, не уходите в желания. Откажитесь от фантазий, прекратите видеть сны и посмотрите на то, что существует на самом деле. И он говорит, что есть только этот непостоянный мир процессов — этот подобный потоку мир, этот вихрь действительности... всё непостоянно, всё изменяется.
