Я открываю дверь и выглядываю, стараюсь особо не шуметь. На цыпочках я иду на кухню, потому что меня мучает жажда, и смотрю на спящего Макса. Его ноги свисают с края, он лежит на спине, под головой — подлокотник дивана. У него даже подушки нет.
Я открываю холодильник и наклоняюсь посмотреть, что там есть попить, а когда выпрямляюсь, ловлю на себе взгляд проснувшегося и застывшего в недоумении Максима.
Сердце сразу заколотилось в груди, как у испуганного кролика, захотелось скрыться от этого пристального внимания.
Смотря на меня, Макс засунул руки в карманы спортивных домашних шорт, что единственное было на нем из одежды. А я не могла вымолвить ни слова — от чувств и желания сдавило грудь и перехватило дыхание. Мне неудержимо захотелось подойти к нему, прикоснуться руками, губами, всем телом…
Так мы и стояли молча, слушая тишину, и смотря друг на друга.
А потом через секунду он оказался возле, притягивая к себе и накрывая рот поцелуем. Мой мир снова покачнулся. Отвечая на напористый нажим мягких губ, стала цепляться за его плечи, за его руки, за шею, желая коснуться всего, что было доступно. Его руки быстро справились с моей футболкой, я осталась лишь в нижнем белье, и с этой задачей он быстро справился, стягивая их вниз, сам опустился на колени, прикоснувшись к животу теплыми и влажными губами, отчего где-то под ними вздрогнул сжавшийся комок возбуждения. Кни го ед . нет
Быстро поднявшись, Максим подхватил на руки, снова ловя губами губы, страстно целуя и нежно кусая всю дорогу, где бросил на диван, накрывая своим телом. Я никак не могла поверить, что это снова происходит, Максим рядом. Его губы скользнули вниз, слегка кусая подбородок, покрывая шею влажной дорожкой, опускаясь к груди, обхватывая один сосок и накрывая ладонью другой. От удовольствия выгнула спину и откинула назад голову, ловля ртом воздух.
Но все эти ласки быстро кончились, и Максим резко вошел в ноющее лоно, накрывая волной ощущений. И медленно двигаясь, он завел руки за голову, заглядывая в глаза, сплетая свои пальцы с моими, как любил это делать, наслаждаясь своим превосходством, мольбами моего тела, изнывающим под ним, дразня поцелуем и не прекращая своих ритмичных движений, порой медленных, а порой резких и быстрых, то заставляя томиться от ласк, то сводя с ума неутомимой страстью.
Он был рядом, со мной, внутри, и мне казалось, что я сейчас сойду с ума от распирающих душу чувств.
— Боже мой, я сейчас с ума сойду… — прошептал мне на ухо Макс, будто прочитав мысли.
И постепенно я начала замечать, что в его глазах просыпается злость, которую он стал доказывать резкими и быстрыми толчками. И уже не было нежности, была лишь чистая грубость и ярость во всем его виде, в каждом движении. Но если мне и было больно, то только на душе, когда тело терялось в массе приятных, накатывающих волной ощущений. Я попыталась спрятаться от его взгляда и закрыть глаза, опуская голову на плечо, но Максим, сразу же резко вошел, снова обхватывая рукой затылок.
— Смотри на меня, — прохрипел он.
И я смотрела, готовая зарыдать от его злости и ненависти, стоявших в серых глазах, но не готовая его оттолкнуть, даже за это. Притянув ее к себе, он снова поцеловал, напористо, почти грубо, слегка прикусывая нижнюю губу, и ловля ртом каждый мой прерывистых вздох нахлынувшего, наконец, удовлетворения. И отпуская со своих губ хриплые стоны, Максим присоединился ко мне в этом удовольствии, слегка пачкая мои бедра.
И почти сразу же, вслед за удовлетворением пришло неприятное опустошение и страх. Уткнувшись в его шею, я посильнее прижалась к нему, чувствуя под дрожащими губами пульсацию вены.
— Когда будешь с ним трахаться, вспоминай меня, именно на этом диване, мой член был в тебе, я хочу чтобы именно это ты помнила…
Макс
— Я потерял ее — признался Виктору, который стоял у меня за спиной.
Я повернулся на стуле и наклонился вперед, положив локти на колени и опустив голову на руки.
— Сегодня — бормотал я про себя, — сегодня она выходит замуж.
Я почувствовал движение воздуха и поднял голову, в дверях, перекрывая весь дверной проем стоял Фил.
Дальше взгляд переместился на Настю, его девушку.
— Ты можешь все исправить, — пробормотал Фил.
— Если ты любишь ее, неужели позволишь ей выйти замуж? — спросил меня Виктор.
— Это ее выбор…
Это было правдой. Но я не стал говорить, что еле сдерживал свое беспокойство, ярость и злость, еле сдерживал свое дерьмо.
Я позволил ей уйти, снова, и так холодно оттолкнув. Только разве мог я поступить иначе?
Я так соскучился по ней, так хотел почувствовать, что она принадлежит только мне. Я так долго жил без ее тела, без ее стонов и тепла, что не смог удержаться.
Как я вообще мог жить без нее эти годы? И сейчас это уже казалось невозможным, ведь я так любил эту девочку, так в ней нуждался. Только почему же не хватало сил забрать ее с собой!
— Послушай, Макс, успокойся. Ты сам виноват в том, что она сейчас в таком положении. Так что не нервничай, и в следующий раз просто сделай так, чтобы она была рядом с тобой, если ты так переживаешь по этому поводу. Согласен?
