Стражник ухватился руками за горло, словно надеялся заткнуть ладонями рану, но кровь вытекала сквозь пальцы, унося с собой жизнь. Татарин еще какое-то время изумленно таращился на нас, время от времени размыкая губы. Но вместо слов или призыва о помощи из его рта выплескивалась струйка крови. Уже теряя сознание, он последним усилием попытался развернуться лицом в комнату, видимо, желая предупредить товарища, но не успел.
Все тот же Абдула схватил его за плечи, сдвинул в сторону и бережно усадил на пол.
— Все, все — угомонись. Теперь земные дела не должны тебя беспокоить… Лучше помолись, пока еще есть время. Аллах милостив даже к грешникам.
Предоставив ему возможность увещевать единоверца, я отстранил Булата и вошел в кордегардию. Как и следовало со слов Абдулы, внутри оставался еще только один стражник. И вот его жизнь я намеревался сохранить. Поэтому, просто уселся татарину на грудь, приставив к горлу его же кинжал. А когда в помещение вошли мои спутники, велел связать охранника.
— Не проще убить? — что-то чересчур разошелся Абдула.
— Убить?! — изображая возмущение, я едва не перешел на крик, но «сдержался» и заговорил громким свистящим шепотом. — Неужели ты забыл, что приказал наш достопочтимый господин, Сабудай-мурза? Пощадить стольких стражников, сколько удастся! Сабудай-мурза воин, а не разбойник! И не любит, когда одним правоверным приходиться убивать других мусульман! Для этого Аллах создал гяуров.
На все время моей высокопарной тирады, Абдула и Булат, кажется, даже дышать перестали. Но это обрадовало меня куда меньше, чем внимательный взгляд стражника. Зафиксировав который, я с чистой совестью отправил татарина в нокаут. Треснув по голове, оказавшимся на расстоянии руки, глиняным кувшином. Голова оказалась крепче, но отрубился стражник с гарантией.
— А вот теперь, уважаемый Саин-булат, тебе лучше переодеться. Если придется объясняться с каждым встречным патрулем, мы и до рассвета из города не выберемся. Кстати, Абдула, куда нам дальше? Надеюсь, мы не через главные ворота пойдем?
— Нет, Антон-ага… Об этом не беспокойся, — татарин изобразил губами улыбку. — Я знаю где тайный проход контрабандистов. Так что, нам осталось всего лишь незаметно пройти через тюремный двор, выйти из крепости и не попасться на глаза тем, кто сможет узнать меня или Саин-булат хана в лицо.
Глава семнадцатая
Несмотря на усиление, стража славного города Ак-Кермена мышей не ловила. Беглецов тоже… Свет в домах не горел. Лишь кое-где потрескивали факелы. Да и то, в основном привлекая ночных мотыльков, а не освещая улицу. Так и хотелось постучать в колотушку и покричать, как в старом фильме-сказке: «В Багдаде все спокойно! Спите спокойно, жители Багдада!»
Ярче пылал огонь у ворот, согревая стражников, но нам туда не надо, нам совсем в другую сторону. Поскольку я и днем не успел осмотреть местные достопримечательности, то теперь и вовсе не пытался понять, куда ведет нас Абдула. Главное, чтобы проводник не заблудился.
