— Благодаря проведенной оперативной и следственной работе нам удалось восстановить картину преступления. Уголовная сторона вопроса нам ясна, но есть еще один факт, которому мы должны уделить внимание. Игорю Куликову двадцать четыре года. Это уже вполне сформировавшийся, взрослый человек. Он совершил уголовное преступление и понесет за это наказание. Но сейчас меня интересует другое. Разве не кажется странным, что в наше время, в Советской стране, где так многогранно и богато развернулась общественная жизнь, где перед людьми открыты любые пути, способный молодой человек, имеющий возможность стать инженером, ученым, не испытывавший ни в чем недостатка или нужды, становится вором и спекулянт том?
Вы скажете, во многом виноват Витков, опытный жулик. Но не забудьте, что машину у Долевого Игорь Куликов угнал до встречи с Витковым, по собственной инициативе. И дело даже не в том, что одно преступление вызвало другое. Все дело в том, что задолго до знакомства с Витковым Куликов уже был слабым, морально развращенным человеком. Ядовитые семена упали на благодатную почву.
Есть деяния, которые не наказуются уголовно, и совершившего их человека нельзя посадить на скамью подсудимых (я говорю сейчас о старшем Куликове), но во всем, что произошло с Игорем, я обвиняю прежде всего его.
Давайте еще раз вспомним, в каких условиях жил Куликов-младший. По существу, с детских лет он был предоставлен самому себе. Все больше и больше отдалялся от семьи отец, все меньше и меньше волновали его судьба сына и состояние здоровья больной жены.
Старший Куликов многие годы вел, да и сейчас ведет, двойную жизнь. Когда-то он подавал надежды, считался способным, но карты ему заменили все. Куликов тщательно скрывал свою страсть от коллег по учреждению, а вот таиться от жены и сына не считал нужным. На глазах мальчика, затем юноши выигрывались и проигрывались за вечер большие суммы денег. И вполне естественно, что в душе неокрепшего морально молодого человека зрела мысль — зачем трудиться, если существуют такие легкие способы добывания денег?
К чему это привело — мы знаем.
Тяжелые, частые удары обрушились на дверь квартиры.
Было 5 часов 10 минут.
— Одну секунду, — крикнул я. — Сейчас открою.
— Извините, товарищ майор, опять я к вам заявился ни свет ни заря. Можно было, конечно, по телефону, но тогда вас разбудили бы еще раньше. Да вы могли и не услышать телефонного звонка.
Миша Долгов, шофер нашего отдела, переминался с ноги на ногу на лестничной площадке. Он очень стеснялся, как будто именно ему принадлежала идея поднять меня с постели в пять утра. Дело в том, что за последнюю неделю он производил эту операцию уже в третий раз, и каждый раз почему-то очень смущался.
— Подожди меня внизу минут пять, — крикнул я ему, уже стоя под душем. На еду времени, как всегда, не оставалось. Но это меня мало трогало. Не дождавшись лифта, я спустился по лестнице с седьмого этажа.
От управления до моего дома небольшое расстояние, и «Волга», ожидавшая меня у подъезда, еще не успела прогреться. Было очень холодно, и «дворники» скрипели по обледеневшему стеклу. Дежуривший в ночь инспектор уголовного розыска Сергей Березов, сидевший на переднем сиденье рядом с шофером, приветственно подмигнул мне и продолжал упрямо вызывать по радиотелефону: «Саранск, Саранск ответьте Рыбинску». Когда Саранск наконец ответил, Березов прокричал в трубку:
— Позвоните Смелову, пусть спускается, мы заедем за ним.
Уже через десять минут на Новороссийской улице к нам подсел Смелов, третий член нашей оперативной группы, застегивая на ходу пальто и что-то яростно дожевывая.
— Ну вот, собралось наконец все сонное царство, — проворчал Березов, — теперь можно и о деле поговорить. Это не рядовой случай и, видимо, не ограбление. У убитого в кармане пиджака остались 216 рублей, а на руке японские часы.
— Ты сказал «убитый»? — перебил я Березова.
— Да, характер повреждений не оставляет сомнений в этом. Но о повреждениях потом. У убитого не оказалось при себе никаких документов. Конечно, он мог забыть их дома или намеренно не взял с собой, но мне кажется, что отсутствие документов скорее всего свидетельствует о том, что ему помогли умереть. Убийца всегда заинтересован в том, чтобы осложнить нам установление личности убитого. Потерпевший был обнаружен час назад водителем второго автобусного парка, который шел на работу и буквально споткнулся о труп. Водитель там, на месте, проявил инициативу, искал я кармане потерпевшего паспорт, думая, что он пьяный, начал его тормошить в темноте, а потом увидел кровь и вызвал «скорую».
Ну а врач «скорой» сообщил нам в управление. Вот и все, друзья мои, если не считать очков, которые при падении тела отлетели в сторону метра на полтора. В общем, не густо. Так что, если наши места за семейным столом в новогоднюю ночь будут пустовать, я не удивлюсь.
