Да-а, удостоверение КГБ СССР действовало волшебным образом. Мурат постарался снять напряжение, которым было охвачено комендантское тело вместе с его капитанской формой, наверное, от пяток до не ровно надетой фуражки на его голову с мозговой коробкой:
– Товарищ капитан, да бросьте вы эти официальности. Думаю, что вы и по возрасту на немного старше меня. А потому не стоит так напрягаться. Как ваше имя?
Однако и после сказанных слов напряжение коменданта не спало. Но он быстро ответил:
– Борис!
– Ну, вот и хорошо, Борис! А я, как вы уже прочитали в моём документе, Мурат. Будем знакомы, – Муратбаев протянул руку для пожатия.
Комендант спешно, прямо таки выбежал из-за своего стола и быстро протянул свою руку. Ладонь капитана оказалась немного влажной. Мурат продолжил:
– Ну, Борис, может вы, всё-таки, поможете мне с билетом.
– Конечно, какой разговор! Да я сейчас сам всё организую. Вы посидите здесь у меня, а я сейчас мигом…
Мурат не дал ему договорить:
– Стоп, стоп! Я сам, вы только дайте свои соответствующие распоряжения в кассу. И всё!
– Да я вас сам провожу. Пойдёмте! Сейчас всё сделаю, как надо.
– Слушай, Борис, да перестань ты суетиться. Что случилось?
– Ну, как же у нас не каждый год бывает здесь порученец заместителя Председателя КГБ СССР.
– Ну, так получилось. Вот, направили в командировку. Мне не очень-то хочется окунуться в туркменскую жару, но служба, приходится.
– Ну, да, там жарче, чем у нас. Значит вы из самой Москвы?
Мурат решил держать «фасон». А что же делать, раз дежурный комендант сам начал так.
– Да оттуда! Но я сейчас из Алма-Аты. Пришлось и там побыть пару недель.
– Вы, наверное, каждый день видите Председателя КГБ?
– Ну, не каждый, да и не каждую неделю. Но бывает, что сталкиваюсь с Юрием Владимировичем.
– Здорово! Товарищ капитан, а вы на меня не сердитесь? Меня не накажут за непочтительное отношение к вам в первую минуту вашего пребывания у меня?
– Боря, ну о чём ты говоришь? Я только спасибо скажу тебе. Ты ведь уже помогаешь мне. А в отчёте я даже напишу строчку о том, что военный комендант железнодорожного вокзала города Ташкент оказал мне незамедлительную помощь. Вот так!
– Большое спасибо вам! И извините меня, я ведь сразу не знал кто вы.
– Всё нормально, вот сейчас ты мне достанешь билет на самый ближайший поезд до Мары, чему я буду рад и благодарен тебе.
– Да я вас лично провожу и проинструктирую начальника поезда. Они вас доставят в лучшем виде.
Все вопросы были незамедлительно решены у старшего кассира вокзала. Поезд отправлялся в Мары через три часа. Комендант предложил пообедать с ним в привокзальном ресторане. Но Муратбаев вежливо отказался от этого. Было жарко, и даже жарче, чем в Алма-Ате. Кушать совсем не хотелось. Мурат обошёлся только питьём воды.
Комендант сам лично проводил Мурата на поезд. Видимо он заранее предупредил о «высоком госте» начальника поезда. Для Мурата нашлось совершенное свободное купе в мягком вагоне. Вокзальный капитан с начальником поезда так расстарались, что теперь и ехать было скучно, не с кем поговорить, в купе не было попутчиков.
Поезд в Мары прибыл ранним утром, в половине шестого. От вокзала Мурат выехал в военный комиссариат города на такси и прибыл туда к шести часам. В здании никого не было кроме дежурного офицера и его помощника. Пришлось ожидать рабочего часа на стульях в тёмном общем коридоре военкомата. Казалось, время тянулось, как нельзя медленно. Это всегда так бывает, когда приходится ждать.
К девяти часам стали пребывать в здание военкомата работники. Одни были в гражданской одежде, а некоторые в военной форме, но их было меньше, чем гражданских. Это было понятным, так как многие офицеры и прапорщики выйдя на пенсию, устраивались на работу в такие учреждения как военкомат и в другие с некоторым уклоном военной деятельности.
После девяти часов прибыл и сам военный комиссар в чине подполковника. Мурат, после доклада дежурного начальнику, прямо в коридоре представился подполковнику. Тот поздоровался с капитаном и, не утруждая себя рукопожатием распорядился:
– Зайдёте ко мне после совещания, – и удалился в направлении своего кабинета.
