Будни соцопеки полностью

Забегая вперед, скажу, что обещание сладкого сюрприза в конце всегда делало веселее и активнее все наши экскурсии. И хотя с точки зрения педагогики такое отложенное удовольствие можно называть "подкупом ребенка", мы все равно использовали этот метод. Например, когда я уже стала опытным сопровождающим неорганизованных детских групп, то выстроила один экскурсионный маршрут по парку мимо кафе-мороженого. Все наши подопечные знали, что в таких кафе мороженое дорогое, карманных денег у них не было, а в жару сладкого хотелось. У нас тоже не было много выделенных из бюджета денег на детские развлечения, купить в этом кафе для них мы ничего не могли, зато смогли провернуть целую операцию: у оптовиков купили коробку пломбира с доставкой ко времени и к месту – к дыре в заборе парка, в котором шла экскурсия. Пока я развлекала детей, моя напарница сбегала к этому забору, забрала лакомство и с коробкой пришла в то самое кафе. Там правдами и неправдами убедила администратора сохранить в их холодильнике коробку с пломбиром и вынести нам в нужный момент. Потом мы писали понимающим официантам благодарственное письмо от социальной службы. Потому что невероятные ощущения: дети приходят в дорогое кафе, получают угощение и отдыхают от жары в тени крытых столиков.

И вот мы – самая неорганизованная в мире группа – спускаемся к пещерам. С нами идет опытный экскурсовод, мы выдаем ребятам фонарики, чтобы подсвечивать путь в темноте. Говорим о правилах безопасности, заходим – и начинается. Малышам становится страшно: на стенах пещеры чучела огромных пауков и рисунки летучих мышей. Десятилетки светят по углам пещеры фонариками, визжат, толкаются на сколькой дорожке. Подростки деляют скучающее лицо и ищут укромный уголок, чтобы спрятаться от нас и достать сигареты. Пока подгоняешь их вперед и просишь не отставать, группа уходит далеко вперед, голоса стихают за бесконечными поворотами пещеры. Бежишь вместе с подростками по этим коридорам, стараясь не врезаться в свисающие своды камней. Фонарик мигает и гаснет, подростки смеются и достают зажигалки. Направляешь их вперед, еще и еще вперед, просишь убрать огонь. Мозг понимает, что дорога здесь только одна, пещера – вполне туристическое место, и ты не заблудешься. Но страшно: и не догнать своих, и потерять тех ребят, которые идут с тобой. Видно, они хоть и большие, но тоже пугаются и волнуются. Сохраняешь хладнокровие, говоришь с ними спокойно, не ругаешь и не воспитываешь – и, уф, наконец, нагоняем свою группу. Прямо в просторном зале пещеры делаю рокировку: старшие держат за руки младших, не отстают и малышей не отпускают. Десятилетние тоже меняются парами, становятся чуть спокойнее. Экскурсовод, наконец, вовлекает их в рассказ, и всю экскурсию ты идешь последней, чтобы точно никого не потерять.

И тогда, и сейчас на всех экскурсиях я не слушаю то, что говорит экскурсовод. Просто не получается. Потому что всегда в голове пересчет детей, внимание к их шепоту и шуточках – вдруг побег обсуждают. Любая экскурсия – маленький стресс. Но та, первая, конечно, была самой пугающей. Конечно, из пещеры мы выбрались все вместе: немного взъерошенные тридцать детей и бледные сопровождающие, особенно бухгалтер.

Впереди были водопады и пороги, и дети, которые грозились свалиться в воду или столкнуть в обрыв своего соседа. И обратный путь до автобуса, когда ребята радовались орешкам и шоколаду. И тихая дорога до дома, когда большинство задремали, а остальные говорили почему-то шепотом. Конечно, были и взрывы смеха от подростков. Но я сидела, вжавшись в кресло, и радовалась, что все дети едут обратно – в целости и сохранности, как говорится.