А мне совершенно невпопад захотелось напомнить Диме о его рвении к часовому подвигу. Но существовал риск, что он кинется доказывать на что способен, а ко второму раунду я не была готова. Да я, по большому счету, ни к какому, как оказалось, готова не была, но не отталкивать же своего парня, которого не видела несколько дней.
– Я рада, что тебе понравилось.
– Шутишь? Я в восторге. Ты так бурно кончала. Соскучилась, моя сладкая, – довольным тоном произнес Дима, притягивая меня в объятия. Я по привычке уложила голову на его плечо и обвила талию рукой.
– Соскучилась, – выдохнула я, отгоняя от себя невеселые мысли и пытаясь угомонить разгулявшуюся совесть.
– Я тоже. Я пару дней дома побуду. Может, ты отпросишься с работы? Могли бы погулять, поваляться.
– Дим, у меня завтра защита проекта, я не могу.
– А послезавтра?
– Если все пройдет хорошо, думаю, на послезавтра я смогу взять выходной.
– Ну поговори там со своей Иветтой.
– Хорошо.
– Давай спать. Люблю тебя, – зевая произнес он.
– Люблю тебя, – отозвалась я.
Утром я была в полной боевой готовности. Пока Дима продолжал мять щекой подушку, я, настроенная на победу, носилась по квартире, собираясь. Уже позавтракав и поцеловав Диму, я вспомнила о черной коробке, которая прожигала дыру в полке шкафа. Прокравшись туда на цыпочках, я распахнула дверцы и вытащила ее. Скрывшись в ванной, я потянула за черную шелковую ленту, а потом затаила дыхание, поднимая крышку. Зная Романова, я была уверена, что подарок будет неординарный и обязательно заставит меня краснеть.
На дне коробки лежали красные кружевные трусики. Я бросила быстрый взгляд на свою черную юбку, под которой уже были одни черного цвета. И все? Он хотел, чтобы я просто надела подаренное им белье? Как будто почувствовав, что я рассматриваю его подарок, Клим прислал сообщение.
«Надеюсь, ты надела мой подарок. Встретимся в вашем офисе»
Я не стала отвечать, в противном случае это означало бы, что я вовлечена в беседу, что было совсем неуместно в нашей ситуации. Я подняла трусики и рассмотрела их. Впереди была полоска достаточно плотной ткани. Я помяла пальцами прямоугольник. Довольно твердый. Зная игры Романова, я засомневалась в том, стоит ли принимать его правила игры, а потом решила, что раз это наша последняя встреча, я вполне могу еще поиграть в эту иллюзию.
Я быстро стащила по ногам свое белье, надела ярко красные трусики. Уплотнение на ткани чувствовалось немного непривычно, но не доставляло дискомфорта.
Что же ты придумал для меня, Клим Романов?
Игра по его правилам
Я вошла в конференц-зал, нагруженная эскизами.
– Мы тебя заждались, Вероника, – произнесла Иветта, стреляя в меня взглядом.
– Простите, в типографии напутали эскизы, пришлось дожидаться, пока перепечатают. Доброе утро.
– Доброе утро, Вероника, – произнес голос, от которого кожа на затылке покрылась мурашками. Как бы я ни гнала от себя мысли об этом мужчине, он все равно имел на меня влияние. Захотелось зажмуриться с улыбкой на лице и поставить голос на повтор, чтобы слушать снова и снова. Я чувствовала себя как наркоман, которому подарили дозу в честь какого-то праздника.
Разместив все эскизы на доске, я обернулась лицом к Иветте и Климу. Широко улыбнулась, уверенная в своем успехе, и начала объяснять концепцию. Когда я дошла до «тяжелой артиллерии» из аксессуаров БДСМ, внезапно мои трусики… завибрировали. Я бросила испуганный взгляд на Клима и резко замолчала. Вибрация была легкая, едва ощутимая, но по телу пронеслась мелкая дрожь. Ощущения были такие, словно кто-то нежно гладил самую чувствительную часть моего тела. Я опустила взгляд на стол, стеклянную столешницу которого медленно, круговыми движениями, указательным пальцем поглаживал Клим. Мои щеки вспыхнули. Уверена, я выглядела так, словно у меня резко повысилась температура. Я прищурилась, глядя на Романова, а он, как ни в чем ни бывало, вытащил из-под стола вторую руку и разжал кулак, демонстрируя мне маленький прямоугольник, зажатый в ладони. Пульт! Вот в чем заключалась его игра. Я попыталась сделать свой взгляд умоляющим, чтобы он не заставил меня опозориться перед Иветтой. Самое странное, что в тот момент мне даже не пришло в голову выйти на несколько минут и снять в туалете это белье. Но тогда бы Клим знал, что под юбкой ничего нет. Я была поймана в ловушку, из которой мне нужно было как-то выйти, сохранив чувство собственного достоинства.
Выпрямив спину, я продолжила презентацию. Иветта делала пометки в своем блокноте, внимательно следя за слайдами на экране и сменяющимися эскизами. А я… чеканила заученный текст, пока мои мысли путались.
