Дерганым движением схватила лежащий на прикроватной тумбочке блокнот с логотипом отеля. Ручку… Пальцы дрожали. Просто ходуном ходили, как у запойного пьяницы. Ей всего-то и нужно было — нацарапать свой номер. А она не могла… Из-под ее пера выходили какие-то странные уродливые, как она сама, линии.
А кислорода в легких становилось все меньше.
— И еще кое-что… Прости, но я не могу не спросить…
— Валяй!
Боль растекалась по телу бесконечной агонией. Почему она вообще решила, что Логан может ее захотеть? Дура, какая же дура!
— Мы не предохранялись…
— Ты это уже говорил.
— Ты чистая?
Карина вскинулась и несколько секунд просто тупо на него смотрела. В глубине ее тела зарождался горький истерический смех. Она глушила его, кусая губы, глотая соленые слезы.
— Я чистая…
Логан нерешительно кивнул.
— Пойду, посмотрю, как там Тим.
Он ушел. Воздуха не осталось. Карина легла на бок. Подтянула колени к груди и обхватила согнутые ноги руками. Потом она долго лежала вот так… Не в силах встать, даже чтобы проводить Логана с сыном. Тим что-то щебетал, обещал писать и звонить. А она улыбалась, как умалишённая, и на каждое его слово покладисто качала головой.
В состоянии анабиоза Карина провела несколько недель. А потом к ней пришла злость! Такая знакомая, такая родная… Карина впустила ее в свои объятия, приняла, как лучшего друга. Долгое время одна лишь злость давала ей силы жить. Накачивала её легкие кислородом и подталкивала в спину, когда уже не было силы встать.
Логан позвонил ровно через четыре недели.
— Кори… Это Логан Уэллс.
Он мог бы не объяснять. Он один так ее называл, он один обладал голосом, от которого она растекалась патокой. Ее сердце колотилось, как сумасшедшее, и она в страхе прикрыла динамик рукой, боясь, что он это услышит. Глупая…
— Привет.
— У тебя уже были месячные?
О, да… В этом был весь Логан. Прямой, жесткий, бескомпромиссный. И… да. У нее были. Когда это случилось, Карина осталась дома и прорыдала весь день. Ребенок мог стать для них той самой связующей ниточкой. Но… не случилось. Не произошло.
— Да.
— Хорошо.
— Логан… — Карина не знала, что хотела сказать. Ей просто хотелось любым способом продлить этот разговор. Побыть с ним вдвоем еще немного хотя бы в эфемерном уединении радиоволн. Но он не позволил…
— Прости, Кори, у меня Гонконг на второй линии. Увидимся… Как-нибудь.
Глава 10
Он думал, что избавился от нее. Еще тогда, пять лет назад. Он действительно думал, что от нее избавился. Просто запретил себе вспоминать и анализировать то, что случилось… С головой окунулся в бизнес, который в то время требовал все больше его внимания. И убедил себя, что так правильно. Так безопасно.
Вообще любое решение в своей жизни Логан принимал после короткого внутреннего диалога. В нем как будто уживались два человека — скептик и авантюрист. Эти ребята отлично дополняли друг друга. В их вечном споре, как правило, рождались просчитанные со всех сторон, идеально выверенные решения. Но в ситуации с Кори скептик и авантюрист были единодушны.
Беги! Руби канаты… Заканчивай это безумие, парень.
Безумием она и была.
Рядом с Кори с Логаном происходило что-то странное. В груди настойчиво и болезненно тянуло, будто в его выжженное дотла сердце кто-то впрыснул живую воду. И оно ожило, затрепетало рваными болезненными толчками, распространяя по телу горячую кровь с примесью гари. А ему было так страшно вновь почувствовать себя живым. Обезоруженным… Уязвимым. Вообще невозможно свыкнуться с этими чувствами. Выход был один — гнать их от себя. И он гнал. И тогда, когда покидал Карину, и дальше… все эти гребаные пять лет.
Карина скрылась за темными стеклами своего Мерседеса. Машина тронулась. Логан смотрел ей вслед, игнорируя все усиливающуюся боль за левым глазом. А когда машина выехала за ворота, вернулся за стол. Резким движением пододвинул к себе контракт и открыл на первой странице, до последнего надеясь, что это какой-то пранк. По сценарию, из кустов сейчас должен выскочить человек с камерой и заорать: «Розыгрыш», но ничего подобного не происходило. Взгляд скользнул по тексту документа. Логан усмехнулся. Карина предлагала изучить контракт с доверенными лицами. Как будто человеку его положения было так просто — вот так взять и показать кому-то, что тебя прижали к ногтю. И кто? Какая-то сопливая девчонка.
Все еще не веря, что это происходит на самом деле, Логан просмотрел контракт. Встал. Прошелся… Изнутри поднялось и собралось в горле комьями, оставляя во рту металлический привкус, что-то страшное, темное, горькое. Он вцепился в перила, ограждающие террасу, перевел взгляд на шикарные кроваво-красные розы, недавно распустившиеся на клумбе, и медленно выдохнул.
К контракту прилагались документы, подтверждающие полномочия Карины в Кей-инвестинг. Никто не в силах скупить два процента акций его компании, чтобы кого-нибудь разыграть. Никто… Даже дочь богатейшего человека Европы, который вслед за женой-ученым перебрался в Штаты несколько лет назад. Да-да… Перед тем, как вычеркнуть Карину из своей жизни, Логан все же навел о ней справки.
