Мир произносит это с раздражением, смотрит ещё так остро, будто на что-то злится. Стоит в проеме в мою комнату, пока затягиваю покрепче хвост. Понимаю, что скорее всего не пробуду с ним и пары минут, после встречи с Арсом, но есть что-то особое в том, как он каждый раз забирает мои резинки себе. При каждой нашей встрече, у него их две на запястье, а когда мы видимся на следующей день – одна. Та самая, что забрал в первый раз.
Я даже специально надевала похожие, делая маленький надрез, чтобы проверить, смогу запутать его или нет, но этот парень не так прост.
– Я всегда свечусь, Мир, – бросаю, якобы не понимая, о чем речь, и одариваю брата ослепительной улыбкой. – До сих пор удивлена, что вы можете смотреть на меня без солнцезащитных очков.
Отхожу к шкафу, чтобы достать ветровку. Сегодня прохладно, несмотря на то, что разгар лета. Может и можно было бы обойтись одной кофтой с длинным рукавом, но на мотоцикле это проигрышный вариант. Я вообще за последние пять дней стала любительницей джинс, чего за мной не наблюдалось несколько лет. Не то чтобы я их вообще не носила, но для прогулки по городу точно выбрала бы юбку или платье. А если учесть, что иду гулять с парнем, и вовсе себя не узнаю.
– Он – не лучший вариант, Крис, – Мир говорит это так, будто долго пытался подобрать фразу.
Но я её ждала несколько дней. И это не первый раз, когда слышу её один в один. Я не рассказывала никому про Арса, но Мир не дурак. Я пропадаю где-то днями напролёт без него. Добавим ещё к этому, что такого не происходило никогда, даже Яр с лёгкостью бы понял, что у меня кто-то есть.
Ну, это если бы, конечно, он в принципе делал хотя бы вид, что здесь живёт, а не пытался избегать соседнего дома, толком не появляясь в своём. Его перестали брать даже угрозы мамы, что оставит его без денег. Этот засранец отлично находит возможности их раздобыть сам.
Я снова натягиваю улыбку, когда перекидываю сумку через плечо.
– Понятия не имею, про кого ты говоришь, – отвечаю ему в наглую.
Но нет, не выйдет. Не в этот раз. Обычно, я даже не борюсь за парней. Не то чтобы было много желающих. Вернее, нет, не так. Желающие были, но когда твой старший брат учится с тобой в одной школе и красноречиво показывает, что убьёт любого, кто решит подобраться к тебе без намерения сразу надеть обручальное кольцо, они как-то сами по себе не вызываются рискнуть попытать удачу.
А кто всё же рискует либо неинтересны, либо идиоты.
Добавим к этому, что есть младший, с которым учусь в одном классе и провожу большую часть своей жизни, всё время наказывающего, кто мне пара, а кто – нет…
Уверена, на моей личной жизни поставили крест где-то свыше еще до моего рождения.
Протискиваюсь мимо Мира, уже собираясь направиться к лестнице, как мне в спину прилетает:
– Арсений Багиров, – всё ещё как-то натяжно, Мир будто действительно не хочет об этом говорить, но приходится. – Так ты тоже скажешь, что не понимаешь, о ком идёт речь?
Черт. Торможу, мне не нравится, что он откуда-то знает такие подробности, но я планирую по-прежнему избегать разговора.
– Поздравляю, ты, наконец, узнал, как пользоваться серыми клетками, – смотрю на брата через плечо. – Но мой тебе совет, использовать их по назначению, а не для того, чтобы залезть в мою жизнь.
Мир устало вздыхает:
– Крис.
– Нет, серьёзно, Мир, – указываю на него пальцем. – Не лезь. А заодно, почаще себе напоминай, что я слишком часто закрываю глаза на все твои дела. Не в этот раз.
Я снова собираюсь уйти, но брат не отступает.
– Да я же правда о тебе переживаю!
– Как и все прежние миллион раз, – выдаю небрежно, спускаясь по лестнице. – Хоть бы слова новые подобрал.
– Крис, послушай, в этот раз всё иначе.
Я закатываю глаза. Да-да, это я тоже слышала. Достаю обувь, когда Мир спускается следом.
– Послушай, я последнюю неделю часто зависаю на треке с Удавом и Тёмой, и они там знают всех, – он делает паузу, снова подбирает слова. – Яра много, кто там знает. И знают, что ты его сестра. А ещё у него есть там враги, если учесть, что они в последнее время творят там, то не удивительно. И, Крис, ходят слухи…
Вот с этого слова мне больше ничего неинтересно.
– Ненавижу слухи, – обуваюсь и беру ключи. – Девяносто процентов из них можно сразу отсечь, и только в десяти будет намёк на правду. А уж от Удава и Тёмы… – пожимаю красноречиво плечом.
Вот, кому я точно не собираюсь верить так этим двоим. Открываю дверь и добавляю:
– И моя личная просьба, Мир, поменьше Сатинских в нашей жизни. – Та, что Алёна, уже каким-то образом приблизилась к нашей семье, начав общаться с Яром, не хватало только её старшего братца. Оба точно порождение самого дьявола. Не зря их фамилия указывает с ним на родство. – Если Алёне хоть есть, чем брать Яра, то в Артёме я точно ничего привлекательного не нахожу, чтобы тебя зацепило.
