– Послушай, девочка! – сказала она, когда они не спеша шагали к троллейбусной остановке, – у меня к тебе деловое предложение.
Вера вдруг насторожилась.
– Видишь ли, Юра в тебя влюбился!
Вера уже по-настоящему испугалась и отчаянно прошептала:
– Я ничего не знала! Мы просто гуляли. Вы же сами просили!
– Да, я тебя не виню. Наоборот, тебе благодарна.– И помедлив, добавила:
– И готова за это платить!
– Как это?! – опять испугалась Вера.
– Ну, послушай! У него несчастная судьба, – он слепой. Он не может много, что можем мы все! И вот у него внезапно – слепой, не слепой! – как у всякого юноши, случилась любовь! К тебе! Это огромное счастье!
Вера пробормотала:
– Но я в этом не виновата!
– Я знаю. И у тебя такой любви нет.
– Ну, он мне нравиться! – оправдалась Вера, но так чтобы любить, – Ну, как-то. Ну, гуляли бы и гуляли.
– Ну и гуляйте,– ухватилась Мария за удобные слова. – Что хотите, делайте, но давай вместе договоримся, не будим разрушать его счастье сколько сможем. Ты мне конечно ни чем не обязана, – спохватилась она, но я ведь недаром прошу. Значит так! Ты его не бросаешь, стараешься как-то отвечать на его чувства – ну приходишь, время от времени, встречаешься, гуляешь. Ну, сама понимаешь, – лишь бы он знал, что ты есть, и так далее. Я же за это тебе каждый месяц плачу…. Ну, как бы стипендию. Ты ведь небогатая?
– Нет, – уже начиная что-то понимать, тихо сказала Вера.
– Ну вот. Все, что я могу – я ведь тоже не богата – пятнадцать тысяч в месяц! Чтобы ты как студентка нормально жила. – И минуту помолчав, закончила:
– Все.
Вера молчала долго.
– Что я должна делать? – наконец спросила она.
– Все, что считаешь нужным. Только будь с ним – и почти крикнула:
– Ну, поиграй в эту проклятую любовь!
– Двадцать! – вдруг сказала Вера.
– Что двадцать?
– Двадцать тысяч!
– Я не могу.
– Тогда и я не могу.
И наклонившись к Марии, прошептала ей на ухо:
– Вы что, не понимаете, что он скоро ко мне с сексом полезет?! Какая же без этого любовь! Вот за это еще пять!
– Ну, ты даешь! – почти восхитилась Вера. – оказывается ты не такая уж девочка!
– Да, Мария Петровна, я не девочка. И давно. Было дело. И любовь была. А теперь вот надо просто притворяться. Тогда за деньги.
– Ладно! – ответила Мария, – перебьюсь как-нибудь.
Дальше разговор пошел совсем деловой. Месяц Вера еще поживет в Москве. Мария платит. Потом Вера на два месяца уезжает на каникулы. С обязательством хотя бы через день звонить. Юре, отвечать на его звонки и всячески проявлять свои чувтва. В сентябре возвращается в Москву. И сколько бы ни продолжались их отношения с Юрой, Мария будет поддерживать ее материально. Так деликатно они назвали свои товарно-денежные отношения.
Юра был счастлив. Счастлива была и Мария. Вера словно забыла, на каких условиях она играла в эту игру. Похоже, что делала она это вполне искренне, и частенько Мария завершала их возращение с прогулок семейным ужином и долгими вечерними посиделками.
Как-то недели через две после того разговора, встретив Веру и провожая ее в комнату Юры, она незаметно сунула в ее руку пачку презервативов.
Вера изумленно взглянула на нее, видимо не ждала такой страсти, но только спросила насмешливо:
– Это в счет зарплаты?
Мария улыбнулась и сказала ей:
–Нет, в подарок.
Потом она регулярно стала уходить вечерами «к подруге», но так и не могла догадаться: было ли что-то без нее, или нет.
Вера уехала на каникулы. Она звонила. Юра каждый день с утра ждал звонка. Тосковал, но был в своей тоске вполне счастлив.
Как-то, помявшись, он спросил:
– Мам, а мы бы не могли съездить на море?
На море они за всю жизнь никогда не были.
– Ты имеешь ввиду с Верой? – спросила она.
– Ну, и с тобой, конечно, – покраснев, произнес Юра.
Для Марии это был тяжелый ответ. Ее мальчика, это знала только она, скоро не будет. И он хотел не бог весть чего, а всего лишь того, что есть у большинства его ровесников – моря, волн, южного солнца.
– Нет, сынок, – и всегдашняя ее улыбка на несколько дней сошла с лица Марии. – Таких денег у нас нет.
Вера обходилась ей почти в половину того, сколько она зарабатывала. И для того чтобы сохранить и без того не очень богатый семейный бюджет, она работала теперь вдвое больше.
И это, был предел. Однако денег все равно теперь не хватало. Да и она сама как-то себе приказала забыть, что лежали у нее годами сбережения, где-то сто тысяч рублей. Это был неприкосновенный запас. Но о нем знала только она.
Это были деньги на похороны Юры. Юра скоро умрет. Она его похоронит достойно. А потом умрет и сама. Потому что жизнь ее без Юры кончится. Она будет ей не нужна. А уж кто и на что ее похоронят – уже все равно. Лишь бы лежала она вместе с сыном. Место на эти деньги она купит.
– Нет, сынок, прости. Может как-нибудь потом.
– Ну, что ж, мам, я так спросил…
Осенью Вера вернулась. Опять пошла тихая семейная жизнь. Раз в неделю, иногда чуть больше, Вера приходила. Институт отнимал много времени. Они гуляли, иногда занимались любовью, в этом Мария была уверена, потому что находила на белье следы этой любви.
Юра опять был счастлив. Мария улыбалась. Пришла вторая весна.
