Среди прочих аксессуаров следует упомянуть веера, флаконы с духами и нюхательными солями, коробочки для косметики, разнообразные брелоки, готовальни, записные книжечки, ухочистки (естественно, золотые), баночки для помады и т. п.
Готовальня представляла собой небольшой футляр с крышкой, где находились миниатюрные ножнички, пилочки, пинцет, карандаш с графитовым или угольным стержнем и многое другое на все случаи бурной придворной жизни.
В «Анжелике» достаточно часто упоминаются дамские аксессуары, значение которых для имиджа их обладательниц трудно было бы переоценить: «…Был здесь и очаровательный дорожный несессер из зеленого бархата на белой камчатной подкладке, отделанный позолоченным серебром, в котором лежали две щетки, золотой футляр с тремя гребнями, два зеркальца итальянской работы, квадратная коробочка для булавок, два чепчика, ночная сорочка из тонкого батиста, подсвечник из слоновой кости и атласный зеленый мешочек с шестью восковыми свечами.
Были еще пояса, маленькие золотые часики и бесконечное количество каких-то мелочей, о назначении которых Анжелика даже не догадывалась, как например, перламутровая коробочка с крохотными кусочками черного бархата, смазанного клеем.
— Это мушки, их принято наклеивать на лицо для красоты, — объяснил граф де Карбон.
— У меня смуглая кожа, и мне незачем подчеркивать это, — сказала Анжелика и закрыла коробку».
Пластинки слоновой кости, собранные в книжечку, предназначались и для полировки ногтей, и для записи на них необходимой информации.
Иногда на поясе дамы из высшего общества красовался изящный флакончик с блохой, отловленной на теле ее возлюбленного.
Необходимым аксессуаром в эпоху Людовика XIV стал и парасоль — зонтик от солнца, а позднее и от дождя.
Перчатки — суконные, кожаные и шерстяные — непременно были пропитаны дорогими духами и украшены лентами, кружевами и драгоценными камнями.
Ко всему этому следует добавить подвязки, которые подчас могли соперничать с произведениями искусства, пряжки, броши, трости, застежки, бижутерию и, наверное, еще целую тысячу мелочей, каждая из которых приобретала свое значение в нужное время и в нужном месте…
Стиль барокко, наиболее полно отражающий вкусы аристократии, оказал свое преобразующее влияние и на прическу, которая стала необычайно пышной, чопорной, величественной, требующей большого мастерства и старания парикмахеров (куаферов) и к тому же богато украшенной различными деталями, которые в иные эпохи не имели никакого отношения к данному предмету.
Цвет волос имел достаточно большое значение. Эпоха «короля-солнце» отдавала предпочтение, как и эпоха Ренессанса, цвету созревшей пшеницы с рыжеватым, медовым оттенком.
Брюнетки со временем возьмут реванш, но это время наступит несколько позже…
Модным цветом мужской прически также был белокурый.
Мужская прическа, в отличие от женской, была тогда достаточно простой: длинные волосы, спускающиеся до плеч, в сочетании с маленькой бородкой и усами a la Rua — маленький кустик волос под нижней губой и две узкие полоски по краям верхней губы — нововведение Людовика XIV.
В последней четверти XVII столетия мужчины начинают носить пышные парики.
Наиболее популярным был тип парика, называемый алонж, — длинные волосы, завитые в крупные локоны, ниспадающие на плечи, но имели место и нестандартные модели, такие как, например, парик a la Cadene, обязанный своим происхождением некоему мсье Кадене, который, будучи в гостях у некоей мадам де Морель, нечаянно уснул, а шаловливые дочери хозяйки дома в это время вплели несколько лент в локоны его пышного парика. Этот штрих привел в восторг хозяйку дома и остальных ее гостей, а мсье де Кадене сделал вид, что так и было задумано изначально.
Так вот и возник новый тип мужского парика…
Среди мужских аксессуаров следует особо отметить трости и часы.
Трость стала наследницей традиционного для предыдущих веков посоха, который в эпоху Людовика XIV утратил свое практическое назначение и превратился в аксессуарное дополнение к мужскому, а затем и к женскому костюму.
В «Анжелике» встречается короткое, но достаточно выразительное упоминание об этом аксессуаре: «Людовик XIV, облаченный в свой великолепный парик и стоящий на высоких каблуках, величественно смотрел на придворных. К тому же никто не мог так ловко орудовать тростью, которую он ввел в моду совсем недавно…»
Первоначально длина трости составляла примерно половину человеческого роста, но со временем она укоротилась почти вдвое.
Имели достаточно широкое применение трости-ножны, скрывающие клинок стилета или короткой шпаги, трости-табакерки и трости-фляги.
Что касается часов, то в эпоху Людовика XIV им уделялось огромное внимание, но скорее не как прибору для измерения времени, а как очень престижному аксессуару, поэтому господа из высшего общества зачастую носили при себе на золотых цепочках или шелковых лентах по два, три и даже больше экземпляров.