Наташка застаёт меня на диване перед телевизором. Я бездумно пялюсь на синий экран, не реагируя на её приветствия. После ухода Макса я проплакала целый час. Пыталась собрать себя по крупицам и стать прежней, но, как бы я не старалась, последняя наша сора, будто на репите, крутилась в голове. Раз за разом я мысленно возвращалась к тому моменту, когда Макс сжигал все мосты, рубил последние канаты, так сказать.
— Мать честная! Что тут у вас произошло? Вот и оставь влюблённой парочке на одни сутки свой дом, — Наташка верещит на всю квартиру, бегая из угла в угол.
Последней каплей служит погром на кухне. Подруга ругается матом, как матёрый сапожник и возвращается ко мне в комнату. Падает на диван, хватает меня за плечи и начинает хорошенько трясти, пытаясь достучаться.
— Что ты орёшь? Я, что ли, разъебала твою мебель? — я тоже уже не в силах молчать. Почему они все набрасываются на меня с упрёками? В чём моя вина?
— Карина, мне пофиг, кто это сделал. Ключи я оставила тебе, значит, главная — ты.
— Ключи? А Максику ты не давала ключей? Почему я прихожу с работы и посреди ночи застаю у тебя в доме этого придурка?
Наташка виновато прячет взгляд. Поднимается с дивана и отходит подальше, видимо на всякий случай, вдруг я решусь на активные действия в её сторону.
— Я хотела, как лучше, подруга. Твой Макс мне казался нормальным, и я согласилась помочь.
— Помогла? — я спрашиваю, а Наташка отвечает кивком головы. — Ну, так теперь бери супер-клей и чини мебель, собирай с пола разбитую посуду. Хотя, стой. Выстави счёт этому ублюдку. Пусть платит, раз не умеет держать себя в руках.
— Карина, что тут у вас произошло?
— А ты не видишь? — я истерически смеюсь, закатывая глаза вверх. Встаю с дивана и ровняюсь напротив девушки. Беру её за руку и начинаю водить по тем местам, где всё происходило.
— Вот тут мы трахались, — показываю рукой на поломанный стол. — Тут же и дрались. Идём дальше. В душевой он довёл меня до оргазма одними лишь пальцами. Рассказать в подробностях?
Подруга густо краснеет, и отводит взгляд в сторону:
— Карина, остановись. У тебя истерика.
— Нет у меня никакой истерики, — яро возражаю, хотя в душе полностью соглашаюсь с Наташкой.
Чёрт бы побрал эту истерику, но это именно она накрывает меня своей волной и заставляет вести себя, как настоящая дура.
— Ну, всё успокойся, хватит, — подруга обнимает за плечи, пока я хлюпаю носом.
— Подружка, что мне теперь делать? Я же почти влюбилась в него…
— Как? Когда успела?
— Не знаю. Ещё утром я думала, что ненавижу его, когда увидела публикацию в своем Инстаграме. Но, когда Макс ушёл, мне стало плохо.
— Всё пройдет. Всё забудется, — утешает девушка, искренне сопереживая моим страданиям. — Кстати, вы классно смотритесь вместе. Фотка столько лайков и комментариев собрала. Ты читала?
— Нет. Мне как бы не до этого было.
— А зря. Смотри, — Наташка открывает на своем мобильном телефоне Инстаграм. Находит ту злосчастную фотку и показывает последние комментарии.
Сердце пропускает удар, когда мои глаза натыкаются на всего лишь одно слово: "Удачи".
— Кто такой Назаров, подруга, и почему он пожелал тебе удачи? — Наташка что-то говорит ещё, но я уже её не слушаю.
— Кофе? — меня передёргивает от низкого тембра голоса Кима. Резко вскидываю подбородок вверх, встречаясь с взглядом карих глаз. Они сосредоточены на моём лице, блуждая сверху вниз.
— Нет, спасибо. Мне ещё нужно закончить вот с этим, — я указываю рукой на целую стопку постановлений, которые до конца дня должна записать в журнал.
— Подождёт.
Назаров отбирает из моих пальцев шариковую ручку, а сам усаживается на край стола, предварительно отодвинув в сторону документы. Не спрашивая разрешения, тянется к моему запястью. Берёт его в свои большие ладони и начинает вырисовывать замысловатые узоры, водя подушкой указательного пальца по коже. Я ошарашенно наблюдаю за действиями взрослого мужчины, теряясь в догадках.
— У тебя такие холодные руки. Замёрзла? — он спрашивает, а я отрицательно киваю головой. — Может, выключить кондиционер? Или дать тебе свой пиджак?
Я снова отрицательно машу головой, не имея, что сказать. Да и что можно говорить, когда тут такая неожиданная опека со стороны руководителя практики?! Видимо, моё молчание принимают за согласие. Ким отпускает руку, чтобы снять со своих широких плеч пиджак и накинуть на меня. Мужские ладони слишком долго задерживаются на моей спине. Я еле дышу, когда Назаров стоит позади моего стула и бережно гладит мои плечи, якобы расплавляя складки ткани на пиджаке. Тяжёлый запах с примесью кожи и табака забирается ко мне в подкорку, когда мужчина опускается до уровня моего лица. Его горячее дыхание опаляет кожу в области шеи. Ким склоняется ещё ниже и теперь едва не касается губами моего уха.
— У тебя температура, — горячая ладонь ложится на мой лоб. — Может, отвезти тебя домой?
