— Эйтэм, не подходите к нему! — ухватил меня за руку Далько. Дракон взревел, с его точки зрения, меня грабят.
— Убери руку. Я отнесу, и он уберется отсюда!
Вырвалась, убежала к дракону. Со стороны, наверное, смотрится, что прямо ему в пасть.
Шарики пришлось разложить на земле в ровную линию. Все между собой похожи и все разные. Бывшее точило особо ничем не отличается из всего ряда.
— Как думаешь, какой мне оставить себе?
— Бери самый большой.
— Ты моя маленькая дракониха! Нет, тут жадность нам не поможет. Большой может оказаться полым внутри. Вот если б я мог проверить.
— А что это вообще такое?
— Белка, а не поняла до сих пор! Это — орехи, мы же тебе говорили.
— Знаешь, орехи выглядят обычно немного не так, у них скорлупа есть.
— Каменные орехи. Дерево плодоносит раз в несколько тысяч лет, потом они дозревают в земле, каменеют все больше и начинают постепенно прорастать. Если б не такая толстая скорлупа, за тысячи лет их пламя наверняка бы угасло. А так, бросим их в лаву, и вырастут чудесные деревья, потом наклюнутся листья, а через сотню лет, если хорошо ухаживать, вырастут и цветы. Обязательно. Зелёные такие, в прожилках. Если сорвать, они каменеют. Малахит.
— Малахит? — интересно, он не ошибся? Хотя образ поделочного камня перед моими глазами возник. Значит, дракон именно его в виду. Надо же, как интересно.
— Это плоды малахитового дерева. По другую сторону планеты зреют орехи алмазного древа. Я потом с тобой поделюсь скорлупой, если захочешь. Так какой бы выбрала ты? Будет обидно, если именно мой орех окажется погасшим.
— Один с дыркой и греется.
— Где? Который?!! Почему ты мне сразу не сказала?
— Я не знала, что он самый ценный. Держи. Из него наружу ещё и веревка торчит.
— Корешок! Надо срочно корешочек полить! Где тут вулкан? А, ты же белка, ты ни черта не видишь дальше своего носика. Полью огнем и домой! Складывай их скорее в мешок.
А ведь, и вправду, камни немного неодинаковы по весу. А может и все? Один бок тяжелее, определенно. Бывшее точило дракон откатил в сторону носом, обдал струйкой огня, ловко обернул длинной лентой собственного языка и спрятал за щеку. Как он полетит? Все же облака слюной уляпает. Вон уже начинает течь по подбородку. Мешок я завязала сверху ко-как на два узла. Надеюсь, он его донесет.
— Понадоблюсь тебе, выручу. Если мой орех прорастает, конечно. Такая ценность и редкость! Скоро праздник начала нового тысячелетия! Мой вулкан обязан блистать!
— А связаться с тобой как?
— Чешую потри — прилечу. Оторви одну с хвоста, я как раз облезаю, линька. Но только одну и самую потертую. Ближе к каменной пике.
— Жадина!
— Мог вообще не давать! Протрешь, как следует — мою морду увидишь, а там уж и поболтаем. Выбрала?
— Я ещё только иду, ты слишком большой во всех направлениях, а я босая и мне лапки травой колет. Тьфу, ноги мне трава колет! Так и вправду скоро можно стать белкой.
Чешую размером с мою ладонь, не меньше. Темная, кое-где подпаленная, некоторые пластины со сколами и царапинами, а на нижних тонким слоем пророс у основания мох. Какую взять и как не порезать об нее пальцы? Края, там, где они уцелели, и не пошли сколами, все в острых зазубринах. Темные-темные, почти черные и чуть более светлые лишь к основанию, что скрыто под соседней пластиной. Повезло, одна затопорщилась, видимо, дракон ею где-то зацепился, может, и в недавней схватке, не знаю. Вроде бы гладкая сама по себе, царапина не считается — не слишком глубокая, заполирую. Да и с краю она, это почти не заметно. Ухватилась за край и приготовилась драть. Пластина выдернулась на удивление легко, сама в руку легла. Тяжёлая.
— Выбрала?
— Уже оторвала даже!
— Покажи, которую? А, эту? Эту даже не жалко. Почти. Зря не зови. Но дерево я тебе, так уж и быть, покажу, если оно прорастает, конечно.
— Спасибо, лучше через чешуйку.
Дракон расправил массивные крылья, в небе пришли в движение облака, завились, словно бы перед бурей. Посреди крутящейся воронки видна узкая щель. Ящер взлетать не торопится, поджимает и распускает обратно свои перепонки, разминает после бездействия. Наконец встал, оттопырил заднюю лапу, в некоем подобии балетного па, потянул коготочки, следом выпрямил и вторую. А потом, наконец-то, толкнулся и взлетел, сильно хлопая крыльями. Буду надеяться, не вернётся.
Я обернулась. Эльфы стоят черные от копоти и грязи, должно быть, и я точно такая сейчас, а то и похуже. Муж так и не вернулся, его и на горизонте-то нет, а с холма вид открывается далеко-далеко. Впрочем, нет и Льюиса из Корфора, старшего в Дэмском роду. Сбежали они оба, что ли? А может, камень все ещё ищут по всем кустам?
— Эйтэм, мы можем вас отнести вниз к замку, — робко предложил Далько свои услуги. Я пошевелила черными пальцами на босых ногах.
— Несите, так уж и быть. А вы, — я обратилась ко второму эльфу, — велите наполнить мне горячую ванную водой с пеной и ароматным маслом. Мой праздничный ужин подать прямо туда. Хочу что-нибудь особенно вкусное. И много. У драконов еды было мало, я голодна. А ещё новое платье, тапочки, банный халат и непременно нагрейте кровать.
