– Конечно! Ну сначала создали коллегиальный орган, – степенно сказал купец. – Из глав семи важнейших родов. Они собирались решить, кто наследует трон.
Лорд негромко рассмеялся.
– Вы абсолютно правы, гиблое дело вышло. При отсутствии прямого наследника каждый клан своего тянул наверх. Принц крови выше незаконного дяди или нет? А муж дочери младшего брата императора? Наверное, по этикету все расписано подробно, да чуть ли не на похоронах ругань началась. Кто кому кем приходится и выше по крови или заслугам.
Да он издевается, без особого удивления подумал Тревор. В былые времена за подобное высказывание недолго было и в рожу схлопотать. Не стесняясь выкладывает, ну-ну. Совсем люди с большими деньгами страх потеряли.
– Долго так продолжаться не могло. Простым людям плохо видно, кто конкретно кому на ногу наступил, тем более что засуетились и кланы рангом поменьше. Набилось в Карунас высокородных фемов со свитой вооруженной – аж повернуться некуда. Люди-то радовались первоначально, торговлюшка пошла недурно. Все же хотят спать, одеваться, кушать да обновки примерять. Ну а потом, – он махнул рукой, – началось.
– Убийства?
– Было, не сомневайтесь. Каждый день за ворота телеги с трупами. Это как бы привычно. Нас не касается. Но тут в день свадьбы дочери Харрана…
– Из Тамеров?
– Да, того самого, главы клана. Старший в роду, если не читать его древнего и ни на что не реагирующего отца, непонятно зачем зажившегося на этом свете. Не явиться к нему на торжество – нанести кровную обиду. Пошел слух, что он решил разом истребить всех знатнейших людей, освободив место для своего ставленника – Жилавы.
– Кровь невинного падет на голову убийцы, – пробормотал Тревор Монихеэм.
В принципе он ничего плохого в идее не видел. Если бы она прошла. Судя по рассказу, нет, и это уже чревато крайне неприятными последствиями. Для Грая тоже. Он ведь договаривался с Тамерами в лице Жилавы и Анжольви. Тут есть о чем подумать.
– Так это или нет, не мне судить, а дом его подожгли, перебив охранников. Скорее всего, случайно прикончили кое-кого из гостей и дальних родственников. Подобную выходку простить было нельзя…
– Он объявил ответственными Витонов?
Харран всегда был крайне амбициозен и не умел сдерживаться. И подл при том до безобразия, подумал Тревор. Неприятный человек, хотя и остальные, в том числе Витоны, не лучше. Самое забавное, что второй человек в их клане ему зятем приходится. Наличие родственных связей враждовать не мешает абсолютно.
– Совершено верно. Естественно, они не стали приходить с повинной головой, отдаваясь на справедливый суд, – купец откровенно ухмыльнулся. В его среде прекрасно знали, чем кончаются споры с высокородными фемами. Они все больше на словах ратуют за справедливость. На деле – в основном лично себе на пользу. – Половина города моментально превратилась в место сражения. Кланы принялись собирать союзников и фемов из провинции. Мелкие роды вынуждено примыкали к одному из направлений. Горожане бежали, спасая жизни от разгорающегося ожесточения. Естественно, кому имелось куда отправиться. Хватали всех подряд в расчете на выкуп.
Цены на рабов должны были заметно упасть, трезво подумал лорд, внимательно слушающий. Герцог будет серьезно недоволен. Хороший куш потерян. И что теперь делать с пленными? Воистину Грай получает нечто даже там, где уступает. Ему не требуется кормить тысячи лишних людей и искать, куда их сбагрить поскорее. Вернул кнехтов Анжольви, а тот их утопил в море. Сплошь удача ему в руки идет. Тем более Империи не до него, и может творить угодное без опаски.
– Атаки становились все мощнее, и потери ужаснее. Попутно соперники принялись энергично грабить всех подряд. Целые кварталы уничтожались и сжигались, лишь бы не отдать врагу. Всю зиму продолжалось. Карунаса больше нет. Руины, пепел, местами рвы в несколько локтей шириной и глубиной, разделяющие противников. Стены в дырах. Иногда в проломы врывались чужаки, случалось, спасались от гибели сами. Воздух смердит от непохороненных и заваленных камнями трупов. Витоны контролировали почти все пути подвоза и надеялись уморить Тамеров голодом. Не вышло. Весной начались эпидемии, и войска ушли из города. Просто бросив его. Армии освободили место, а на смену им выползли из подвалов и спаленных домов банды мародеров, не считающиеся ни с чем. Они грабят уцелевшие кварталы, и некому навести порядок.
– Ты же сказал, Анжольви здесь!
