Она с утроенной силой стала срывать браслет, но тот держался совершенно мертвой хваткой и непрестанно брызгал лекарствами.
– Пусти! Приказываю! Сейчас же! Как ты смеешь! Пусти!!!
Анна Павловна заметалась, увязла в мокрой траве, повалилась на землю и покатилась, взвизгивая, силясь сдернуть чертово украшение.
Она вспомнила вдруг, что в незапамятном детстве умела высвобождаться из любых самых тугих наручников, наловчившись как-то по-особенному сжимать ладонь. Теперь она отчаянно пыталась вспомнить этот трюк…
