БУХАРСКАЯ АРМИЯ. 1917 — 1920 полностью

А вот как вспоминал внешний вид одного из пленных русских советников современник: «Высокие шнурованные сапоги… никак не вязались с белоснежной чалмой и золотом расшитым парчовым халатом. Ни на узбекскую, ни на таджикскую речь не откликался; когда начальник политотдела, высмотрев под открывшейся полой халата английский френч с накладными карманами, обратился к эмирскому сановнику на хорошем английском языке – последовал русский мат, изысканный в своем мастерстве. В сановнике признали бежавшего из Самарканда подполковника царской службы»{148}.

Афганские военные в упомянутый период носили свое обмундирование – мундиры «английского типа», цвета желтоватого хаки, с узким воротником: 6-7 пуговиц и два накладных кармана снизу; обмотки и сапоги, головной убор – круглая черная шапка из овчины или такая же цвета хаки. У офицеров кокарда – серебряный герб: купол мечети, два скрещенных знамени, снопы пшеницы и коран посередине{149}. Известно, что в 1920 г. в Бухаре «находилось 600 афганцев в форме и 8500 афганцев мирного вида, в действительности же их было значительно больше»{150}. Впрочем, никаких определенных свидетельств о форме афганцев у нас нет. Известно лишь, что одному свидетелю запомнились «пленные афганцы в высоких чалмах и персы с выкрашенными желтой хной ногтями…»{151}.

23 августа бухарские коммунисты подняли восстание в Сакарском районе и одновременно ударили от Кермине до Старой Бухары. Чарджуйский Ревком обратился за помощью к Советскому правительству. 28 августа 1920 г. М. В. Фрунзе издал приказ по войскам Туркестанского фронта о выступлении на помощь повстанцам. Были послано 7000 штыков и сабель, 46 орудий, около 230 пулеметов, 10 бронеавтомобилей, 5 бронепоездов и 12 самолетов.

Самаркандская группа в составе 3-го Туркестанского полка, 1-й Туркестанской кавдивизии, отдельной тюркской кавбригады и инженерной роты должна была разбить ополчение беков на линии Шахризябс – Китаб и занять район до Гузара и Карши. Катта-Курганская группа в составе краснобухарцев и 2-го интернационального кавполка должна была овладеть гг. Хатырчи и Зиаэдзином. Чарджуйский отряд в составе 4-го стр. полка, одного батальона 8-го стр. полка, арт- и кавдивизиона, туркменского отряда, бухарских красных войск, Аму-Дарьинской флотилии и гарнизонов Чарджуя, Термеза и Керки должен был занять Чарджуй к утру 29 августа, после чего не допускать беглецов в Афганистан. Основная же задача падала на Каганскую группу, которая должна была взять Бухару. В нее вошли гарнизоны гг. Новая Бухара (Каган), Карши, отдельный отряд Клементьева, 4-й кавполк и 1-й Восточно-мусульманский полк.

7-й полк закрывал отход ил шахрисябского бека, захватывая Гузар и Карши.

Планы выполнялись в точности – бухарские ополченцы на флангах были быстро разгромлены, так как не обладали ни необходимой выучкой, ни дисциплиной, ни современным оружием. Характерные эпизоды подобных боев попадаются в воспоминаниях советских ветеранов. Так, кавалерист И.Ф.Куц вспоминал: «Главные силы керминенского бека лишь начали занимать оборону по южному пригороду. Внутри крепости оставлено три батальона. Один из них вместе с пятью сотнями ополченцев обороняет дворец, где укрылась местная знать. Вокруг города расположились группами остатки хатырчинского и зиадинского гарнизонов, несколько сот наспех вооруженных жителей. Артиллерия только на крепостных стенах. Пушек не менее двадцати, в их числе 4-дюймовые клиновые и 9-фунтовые английские»{1}. Однако после хорошо спланированной атаки силы бека быстро были разбиты.

Другой командир, Я.А.Мелькумов, рассказывал о штурме 29 августа позиций шахрисябского бека:

«Обогнув выступ скалы, я увидел внизу ровную долину и километрах в трех от нас окопы противника, вытянутые в линию орудия, а на флангах, в садах кишлака, конницу.

Подъехавший ко мне командир головного эскадрона Германович сказал:

– Что же это они – на парад выстроились?..

Мой коновод пошутил:

– Это их английские спецы научили.