- Милый, ты меня не слушаешь? – Ирина, прекратив закручивать волосы в высокую гульку на голове, недовольно поджала губы, захлопав ресницами.
- Слушаю, конечно, - не мигнув глазом, соврал Шамиль.
- И что ты об этом думаешь?
Шамиль начал судорожно вспоминать, о чем же там трещала Ирина, и никак не мог вспомнить. Вообще, заводя подружку на одну ночь, он не рассчитывал, что она задержится так надолго. Впрочем, никаких иллюзий по поводу девицы Иван не питал – та хоть и была красивой и весьма аппетитной, но уже успела порядком ему поднадоесть. И исключительно из-за своей приставучести, болтливости и недалекого ума. Студенток в гарнизоне было достаточно, так что недостатка женского внимания этот высокий и смуглый парень не испытывал. Да и было с кем сравнить, если честно. Сам Шамиль тоже постоянством не страдал и, не смотря на вечные подтрунивания сослуживцев, многие из которых были давным-давно женатыми, а некоторые и с детишками, остепениться не стремился. Да и Ирку пора было уже выпроваживать, а то что-то она задержалась возле него, хоть и была весьма и весьма неплоха в постели. Но девка она была не промах, цепкая, как репей, даже не смотря на убийственную глупость, выгоду свою от пребывания возле него видела и всячески старалась ее блюсти. Так что, может, она поумнее многих других будет.
- Ничего, - признался Шамиль.
- Ты меня совсем не слушаешь, - вновь демонстративно обиделась девица, продолжив заплетать волосы.
- Даже не пытался. – Пожал тот плечами, насколько это было возможно с закинутыми за голову руками. - И кстати, ты не могла бы помолчать? У меня к вечеру так голова гудит, если честно.
- Не поняла… Ты мне что, рот затыкаешь? – округлила глаза Ирина, не понимая, что это нашло на ее любовника.
- Именно. Не нравится – дверь во-он там, - немного приподнявшись, кивнул за спину Шамиль и опять плюхнулся на подушку, прикрыв глаза. И почему-то перед глазами снова невольно возник образ спасенной сегодня женщины, чье лицо не покидало его с того самого момента, как он помог ей в столовой. Наверное, именно так и должен был выглядеть его идеал – с огромными голубыми глазами и волосами спелой пшеницы. Ее даже не портила весьма крупная родинка на щеке у верхней губы, наоборот, привлекала внимание к ее рту, от которого было сложно оторвать взгляд. Она привлекала его своей слабостью и беззащитностью вперемешку с силой духа. А то, что эта сила была, говорил тот факт, что ей удалось выжить в самом центре города.
Эти мысли заставили его вновь почувствовать желание. Его мечта была далеко, а вот Ирка вот она, рядом. Да и вполне сгодится для этого дела.
- Ирина… - позвал ту Шамиль.
Девчонка не отвечала, но точно была в комнате – ее недовольное сопение сложно было не расслышать.
- Я, по-моему, к тебе обращаюсь. – Приоткрыл один глаз Иван.
- Чего тебе? – обиженно спросила девчонка.
Шамиль сел на кровати и, приподняв бровь, усмехнулся, ни на минуту не сомневаясь, что весь этот демарш исключительно на публику.
- Хватит дуться и иди сюда. – Шамиль похлопал по кровати.
Ирину долго упрашивать не пришлось.
В свете фар головной машины мелькнул указатель, информирующий, что до железнодорожного переезда со шлагбаумом сто пятьдесят метров. Потом показались две полоски на прямоугольной табличке, затем одна, а после и вовсе колеса запрыгали, пронося машины через рельсы. Водители скорость не сбавляли – опасное все же место. К тому же все чаще и чаще на обочине начали попадаться брошенные машины с гостеприимно раскрытыми дверями. От такого проявления гостеприимства становилось не по себе – ни мертвых, ни живых хозяев близ брошенных авто видно не было – их словно корова языком слизала. Гигантская такая… А вот то, что в машинах рылись, что-то выискивая, удалось заметить даже на такой скорости и в темноте, довольствуясь лишь промелькнувшим светом фар.
Степан снова сжал зубы от волны боли, накрывшей его тело, при очередном толчке от непонятно откуда взявшегося на гладкой дороге и попавшегося под колеса камня. Хотя, может, это просто выбоина была? Теперь их количество с каждым годом будет все увеличиваться и увеличиваться… Ведь попросту некому будет латать дырки на трассах. И это не говоря уже про изначальное состояние дорог. Эдакими темпами через лет пять дорог не будет, будут только направления, по которым кроме как на БТР-е или танке проехать нельзя.
А пока на этой трассе соединились обе исконно русские проблемы: дураки и дороги, поэтому что-либо путное ожидать было бы крайне глупо.
- Что, обезболивающее уже все? – поинтересовался Алексей, случайно краем глаза заметив, как сосед крепко сжал губы. В салоне, конечно, было темно, но все же далеко не греческий профиль соседа четко выделялся на фоне окна.
- Угу… Долго еще?
