- Короче. АКМ мы тебе не дадим. Такая корова нужна самому, - лицо Федора удивленно вытянулось. – Но вот карабин Симонова самозарядный можем тебе предложить, калибр семь-шестьдесят два на тридцать девять и сотня патронов россыпью. Ну как? Сгодится?
- Сгодится! – все же согласно кивнул Федор, хоть и не столь радостно.
- Прыгай, давай.
- Щас, я жену предупрежу! – расплылся в улыбке Стрельченко и рванул со всех ног к дому.
- Хм… Если тут так опасно, почему не уедет с женой из города? Странный какой-то… - пробурчал Иван. – Я бы из зазомбяченного города руки в ноги и тикать, а эти сидят в четырех стенах.
- Ну, хозяин-барин. – Пожал плечами Серега Якименко. - Значит, есть у него на то свои резоны.
- Вот это-то мне и не нравится, когда есть что-то такое, чему я не могу дать логического объяснения. Меня это нервирует.
Вернулся новоявленный проводник уже в войсковом зеленом камуфляже и берцах. Даже на человека похож стал. Не то, что до этого – в каких-то лохмотьях был, что с бомжом можно было перепутать ненароком.
- Ну что, предупредил?
- Ага. Заинструктировал до слез, чтобы из дома носа не показывала. Так что, куда мне садиться?
- Давай на перёд, дорогу покажешь, - ответил Серега, предусмотрительно вылезая из машины.
- О'кей, - радостно улыбнулся Федор и запрыгнул на переднее сиденье, кряхтя от того, что мало места для ног – все же он был выше Сереги. – А как здесь кресло подвинуть?
- Вон рычаг, - подсказал ему Якименко, успев уже занять заднее сиденье, аккуратно убрав оружие чуть в сторону.
Он ведь не просто так посадил этого нового знакомца на свое место. Во-первых, он ему не до конца доверял, чтобы оставлять его рядом с оружием, а, во-вторых, так его было проще контролировать. Ежели что – пистолет к затылку всегда успеет приставить.
- Так что жена? Бандиты шалят? – откинулся на спинку сиденья Серега, положив трофейный пистолет себе на колени.
- Не шалят, а пошаливают… Баб они, как вы думаете, откуда берут для продажи? По окрестным селам шерстят да еще из других городов привозят.
Иван невольно сжал зубы, вспомнив о сестре.
- Чего это он? – поинтересовался у Сереги Федор, неестественно повернув шею, рискуя ее свернуть.
- Сестра его в лапах у работорговцев…. Вот и переживает, что не успеем.
- А-а-а! – сочувствующе протянул Федор, почесав кончик носа. – А вы знаете, когда ее на рынок-то привезли?
- А что?
- Ну не просто так ведь интересуюсь…
- Точно не знаю, примерно ночью сегодня должны были. Если остановок в дороге не делали.
- А, - беспечно махнул рукой Федор, словно дело касалось какого-то пустяка, предавать которому особое значение было слишком хлопотно, - тогда не переживайте. Рынок работать начинает после полудня. Утром обычно все отсыпаются после ночных гулек и пьянок. Поэтому раньше одиннадцати - двенадцати дня вы никого не найдете там, так что не переживайте. Если девчонку привезли, то до обеда с ней ничего не случится.
От этих слов у Марченко словно гора с плеч свалилась, словно сбросил он огромный груз, прибивавший его к земле. И этот Федор Стрельченко вдруг перестал казаться таким подозрительным, да и настроение как-то улучшилось. Прямо как по песне «Жить стало лучше, жить стало веселей!».
Но Иван не был бы сам собой, если бы не переспросил:
- Точно?
- Да точно-точно… Там рынок держит татарин местный, Джам
Серега немного пододвинулся ближе к центру сиденья, чтобы было лучше видно собеседника, и поинтересовался:
- А откуда такие познания?
- Дык, говорю же, город-то у нас маленький. Одним словом – большая деревня. Все друг друга знают… Если не на прямую, то через знакомых или знакомых знакомых… А учитывая проредевшее население, то и подавно будешь в курсе всех новостей – никакого интернета не надо. Прокатишься на рынок и узнаешь у кого что новое случилось.
- Это да… - согласно кивнул Сергей, прекрасно понимая, о чем говорит Федор, и полностью с ним соглашаясь. Даже в той же Николаевке, где он поселился волею случая, первая же встречная незнакомая бабушка поинтересовалась скрипучим голосом, подозрительно оглядывая незнакомого парня в армейской форме с головы до ног: «Хлопчыку, а ты чий будэш?». Подразумевая, что парень тут же выдаст ближайшую и подробнейшую родословную, которая поможет любопытной бабульке, лишенной из-за отсутствия электричества единственной радости - вечерних телесериалов, идентифицировать незнакомца. Чтобы потом на лавочке возле дома перетереть кости ближайшей родне вместе с такими же бабуськами, у которых осталось единственное развлечение в эти нелегкие времена – обсудить ближнего своего.
