– Погода и циркулирующие в жёлтой прессе слухи об инопланетном вторжении не повлияют на дату запуска шаттла «Дискавери», сообщает управляющий НАСА Чарльз Болден, – продолжал обзор прессы чувак с газетой. – Старт космического челнока состоится через три дня на мысе Канаверал штат Флорида, как это и было запланировано ранее.
Я прислушался. По моим расчётам через три дня я там как раз и должен быть.
– Должен же кто-нибудь встретить гостей в космосе, – кивнул пузатый. – Какие, интересно, у них котировки на золото? Надо успеть толкнуть им акции раньше китайцев.
Все принялись обсуждать утренние котировки.
Качка убаюкивала, я задремал.
Мне стало сниться, что в судно ударила молния, и мы телепортировались на пять лет в будущее, все попутчики из бара исчезли, от клерка осталась только газета на столике. Заголовок гласил: «Война с пришельцами закончилась полной оккупацией планеты! Вступайте в ряды ополчения! Земля наша!». За окном сверкнула молния, раздался оглушающий раскат. Из-под стола вышел кот и, обратившись ко мне взором, треснувшим тенорком произнёс: «Мы продолжим трансляцию сразу после пробуждения Бегущего! Оставайтесь с нами!».
– Третья улица?
Кассир на заправке глянул на клочок бумаги с обрывком адреса.
– На юг вдоль залива – там есть Третья улица, – сказал он. – Здесь до черта бухт, сынок: Шип-Бэй. Брод-Бэй. Линкхор-Бэй. Тебе что нужно?
Он пробил за бензин и фрукты и глянул на меня:
– Кого-то ищешь?
Я описал внешность. Это погрузило его на какое-то время в меланхоличную задумчивость:
– На Атлантик-авеню на берегу есть церковь рядом с библиотекой… Там какая-то коммуна каждый день собирается всю неделю. Полно бездельников из Нью-Йорка и Филадельфии. И Третья улица там рядом.
Он протянул мне чек и карту, я расписался и забрал пакет.
– На юг вдоль океана, – напутствовал он, когда я толкнул плечом стеклянную дверь.
Заправившись, я сверился с навигатором и направился к берегу сквозь центр Норфолка.
Я добрался сюда из Льюиса часа за четыре. Шоссе номер 13, ведущее от порта на юг, кратко пересекает Делавэр, Мэриленд и Вирджинию по полуострову, который так и нарекли: Делмарва – по именам трёх штатов.
С полуострова через обширный Чесапикский залив на другой берег Вирджинии ведёт мост длиной в двадцать пять миль, опирающийся на насыпные островки. Конструкция моста весьма оригинальна. В центре залива вместо того чтобы увеличить высоту пролётов для прохода судов, мост ныряет под воду в тоннель, пропуская суда над собой. Вынырнув с другой стороны фарватера, мост упирается в Норфолк, в бухтах которого раскинулась старая военно-морская база. Город, как и водится в таких случаях, полон ведущих охоту девиц, стремящихся сюда со всего штата на учёбу в местные колледжи.
В водах Чесапикского залива повсеместно добывают сельдь, крабов, устриц и качают сланцевый газ. Акватория полна посудин любых размеров: от яхт и катерков, до эсминцев. С высоты эстакад и развязок взору открываются стада жирафоподобных портовых кранов. Вдоль протяжённых пирсов притулились громадные туши авианосцев.
Добравшись до побережья Вирджиния-Бич, я покатил вдоль океана на юг.
В районе Третьей улицы возле здания небольшой деревянной церквушки прямо на газоне, на скамейках, выставленных рядками, расселась публика. Я припарковался и вышел. Дама оратор на небольшом деревянном помосте вела службу, время от времени поправляя микрофон. Рядом на пляже под навесами стояли приготовленные столы. Волонтёры суетились, выкладывая бесплатный обеденный провиант: салаты, сэндвичи, закуски, лёгкий алкоголь.
Я пересёк дощатый прогулочный променад и очутился рядом с пустыми столами под вывеской: «Добро пожаловать на ежегодное собрание Клуба Анонимных Лайкоголиков. Оставь тревоги, всяк сюда входящий!».
Под вывеской, откинувшись на спинку шезлонга, прикрыв глаза руками, сидел элегантного вида гражданин с утончёнными чертами лица. Рукава белой рубашки закатались, обнажив запястья. Уловив моё приближение, он сделал ладонью козырёк от солнца и, вскользь оглядев меня, приветливо пригласил:
– Присаживайтесь, милейший. Собрание сейчас закончится, и мы все славно перекусим.
– Пожалуйста, отключите мобильный телефон, – бросил мне набегу волонтёр, распорядитель банкета. В обеих руках у него были упаковки салфеток, он распределял их по столам.
– С этим здесь строго, – улыбнувшись, подтвердил молодой человек. – Мы приезжаем сюда каждый год, чтобы разорвать путы проклятых социальных сетей. Отдохнуть и побыть вместе. С такими же обречёнными и зависимыми бедолагами. Вы ведь здесь для этого?
Я кивнул и, скорей достав, отключил телефон. Пряные ароматы стейков, сэндвичей и пиццы дьявольски возбуждали аппетит.
– Так я и думал, – махнул ладонью молодой человек. – Тогда милости просим. Скоро подадут горячее.
Он оторвал ладонь ото лба, опустив руку; кисть повисла над песком. Внезапно раздался цокот когтей, по доске к нему подбежала маленькая чёрная такса и, уткнувшись острым носиком, лизнула длинные красивые пальцы.
