Буколики. Георгики. Энеида полностью

С жалостью смотрят на них из чертогов Юпитера боги;

Тяжко невзгоды людей и гнев напрасный им видеть.

760 Дочь Сатурна глядит, глядит благая Венера,

Как меж враждующих толп Тизифона933 бледная рыщет.

Злобы неистовой полн, огромным копьем потрясая,

По полю битвы идет Мезенций. По морю так же

Шел великан Орион934, когда сквозь Нереевы топи

765 Пеший он путь пролагал, лишь до плеч погруженный в пучину,

Или, с высокой горы принося многолетние вязы,

Шествовал сам по земле, голова же пряталась в тучах.

Ростом подобен ему и огромным доспехом Мезенций.

Мужа увидев среди многолюдного строя, собрался

770 Выйти навстречу Эней. А Мезенций, не ведая страха,

Храброго ждет врага, и стоит недвижимой громадой,

И, чтоб достигнуть копьем, расстоянье мерит глазами.

«Вы, о боги мои, копье и рука!935 Помогите

В этом бою! А ты, о мой сын, отцовской победы

775 Памятник будешь живой936: доспех, с разбойника снятый,

Я тебе посвящу!» И, промолвив, издали бросил

Пику свистящую он, но, щитом отраженная прочным,

Прочь отлетела она и в живот вонзилась Антору;

Спутником был Геркулеса Антор, но, покинувши Аргос,

780 В бегстве к Эвандру примкнул и в Италии с ним поселился.

Пал он, несчастный, приняв за другого смертельную рану,

В небо глядел и родные края вспоминал, умирая.

Бросил копье и Эней. Три медных выпуклых круга

С бычьей кожей тройной и холстиной, щит одевавшей,

785 Пика пробила насквозь и, утратив силу удара,

В пах неглубоко впилась. Но, кровь тирренца увидев,

Выхватил меч, что висел у бедра, и, радости полный,

Начал Эней наступать, повергая противника в трепет.

Видит все это Лавз — и любовь к отцу исторгает

790 Стон из груди у него и из глаз — обильные слезы…

Здесь о кончине твоей, о твоих прекрасных деяньях —

Пусть лишь поверят века преданьям о подвигах древних, —

Не промолчу и тебя, незабвенный отрок, прославлю.

Шаг за шагом назад отступал, обессилев, Мезенций,

795 Пика торчала в щите и за ним тяжело волочилась.

Бросился Лавз к отцу из рядов и, встав меж врагами

В миг, когда руку с мечом занес Эней для удара,

Принял клинок на себя и сдержал напор смертоносный.

Ринулись с криком за ним друзья и, меж тем как Мезенций

800 Медленно вспять отступал, щитом сыновним прикрытый,

Издали копья метать принялись, врага отгоняя.

Щит выставляет Эней и сильней загорается гневом.

Так иногда средь летнего дня из тучи нависшей

Крупный посыплется град, — и бегут с полей земледельцы,

805 Пахарь торопится прочь и спешит прохожий укрыться

Иль под обрывом речным, иль в скале под сводом пещеры,

Чтобы грозу переждать, а когда воротится солнце,

Взяться опять за труды; и Эней, словно градом, засыпан

Копьями, ждет, чтоб ушла смертоносная туча, пролившись;

810 Лавзу меж тем он грозит, окликает Лавза: «Куда ты

Рвешься на верную смерть? Не по силам тебе, безрассудный,

То, на что ты дерзнул, ослепленный сыновней любовью!»

Не унимается Лавз. В душе предводителя тевкров

Выше вздымается гнев, и уже последние нити

815 Юноше Парки прядут. Могучим мечом ударяет

Лавза Эней и клинок вонзает в тело глубоко,

Легкий пробив ему щит, в нападенье заслон ненадежный,

Туники ткань разорвав, что золотом мать вышивала.

Тотчас крови струя пропитала одежду, и грустно

820 Тело покинула жизнь, отлетев по воздуху к манам.

Сын Анхиза, едва умиравшего очи увидел,

Очи его, и лицо, и уста, побелевшие странно,

Руку к нему протянул, застонал от жалости тяжко,

Мысль об отцовской любви потрясла его душу печалью.

825 «Чем за высокий твой дух и за подвиг, о мальчик несчастный,

Может тебя наградить Эней, благочестием славный?

Свой доспех ты любил, — сохрани же его. Возвращаю

Манам и праху отцов твой прах, коль об этом забота

Есть хоть кому-то. И пусть одно тебя утешает:

830 Пал ты, сраженный самим великим Энеем!» Промолвив,

Медливших Лавза друзей он позвал и юношу поднял, —

Пряди коротких волос у него уже слиплись от крови.

Тою порой родитель его над струями Тибра

Влагою кровь унимал; изголовьем бессильному телу

835 Ствол упавший служил. Висел на ветке поодаль

Медный шлем, и в траве покоились праздно доспехи.

Между отборных бойцов лежал Мезенций, склонившись

Телом недужным на ствол; по груди борода разметалась,

Часто о Лавзе друзей вопрошал, задыхаясь, и часто

840 Слал он гонцов, чтоб к отцу печальному сын возвратился.

Но уж несли на щите рыдавшие воины тело

Лавза; в широкой груди широкая рана зияла.

Издали стон уловила душа, прозорливая в бедах.

Пылью седины свои осыпав и к небу простерши

845 Руки, Мезенций прильнул к бездыханному сыну, стеная:

«К жизни любовь, о мой сын, неужели во мне так упорна,

Что допустил я тебя, рожденного мною, погибнуть,

Встав за меня под удар? Твоею раной спасен я,

Гибель твоя мне жизнь сберегла! Увы мне! Теперь лишь

850 Смерть подступила ко мне, лишь теперь я воистину ранен!

Я преступленьем, мой сын, уж давно запятнал твое имя,

Был с престола отцов я изгнан, всем ненавистный.

Если отчизне платить и согражданам должен я пеню, —

Казнью любой у меня самого пусть бы отняли душу.

855 Я же и ныне живу средь живых и свет не покинул…

Нет, я покину его!» И, промолвив, на ногу больную