…Кроткий Иисус – религии новатор,Политики он чужд, язвит лишь фарисеев.Получив донос, прокуратор вызывает Иисуса и увещевает его:«Послушай, Назорей,теперь уж вот три года,Как я тебе даю свободу говоритьИ не жалею: речь твоя мудра народу,Достоин ты всегда других уму учить.Читал ли ты когда Сократа иль Платона, —Величеством учения ты всех к себе зовешь,Ты выше всех философов, ты вышеих закона…Ты ненависть к себе ученьем возбудил,И не дивися им, врагам твоим заклятым,Их много, и Сократ таких не умирил.Что ж, поэма Петровского – вполне графоманская по своим поэтическим качествам. Да и компетентность автора порой вызывает сомнения – Сократ, как известно, не оставил после себя ни строчки. Но поэма интересна оригинальной версией биографии Пилата. У Петровского Пилат уверяет Иисуса, что тот должен смягчить свою проповедь «для покоя» общества, но слышит в ответ:
То, что я несу народу,Не есть раздор, война, но мир один,любовь;Родился я в тот день, когда покой, свободуДал Август миру Римскому; израильскаякровьИз-за других прольется, а не из-за меня.Иисус арестован по доносу Иуды, «синедрион, сановники… все требовали мщенья». А Пилат:
Трусости своей не может победить,Он чует, мстит судьба законом правым,И правду он теперь боится совершить.Прокуратор до конца пытается спасти Иисуса, обращаясь к иудейскому народу,но напрасно:В чем вся его вина?.. Народа Он учитель?..Ужели мыслит он за кесаря царить?Ужель он бунтовщик иль тайныйвозмутитель?Его ль боитесь вы, стараетесь убить?..Кого хотите вы, чтоб я вам отпустилНа ваш пасхальный дар. Его или Варраву?– Сего, Варраву нам! – народ загомонил,Вожатаями купленный на это свое право.Замолкли голоса: Пилат во гневе дышит…Нависла туча темная и скрыла высьлазури…Он смотрит на собрание, шептанияих слышит,И сам он сознает затишье перед бурей.У Булгакова Пилат точно так же отмечает знакомство Иешуа Га-Ноцри с трудами греческих философов, присутствует у писателя и уникальный, встречающийся, кажется, ранее только у Петровского мотив трусости Пилата: прокуратор в «Мастере и Маргарите», как и в поэме, видит несостоятельность обвинения в «оскорблении величества», которое инкриминируется Га-Ноцри, и пытается убедить иудеев отпустить его, а не Вар-равана. А после оглашения приговора надвигается туча, и Пилат чувствует приближающуюся грозу. У Петровского Иисус предрекает Пилату, что кровь иудеев прольется не по его вине. У Булгакова прокуратор грозит первосвященнику Иосифу Каифе, что Ершалаим будет взят и уничтожен римскими легионами. В поэме муки совести Пилата из-за гибели по его вине Иисуса усиливаются тем, что прокуратору уже однажды пришлось по трусости совершить предательство. У Петровского Пилат – херуск по имени Ингомар:
Отец его с херусками ушел разить врагов,А сыну поручил беречь сестру и мать,Изрек ему проклятие он будущих годов,Когда забудет он за землю их стоять.Давно это было. Отец не воротился,И взросший Ингомар завет его забыл.За золото и блеск с врагом он подружился,И, жизнь свою щадя, он силе уступил.И ловкий юноша был сметлив в деле ратном,Гордился похвалой искуснейших солдат,И имя его прежнее погибло безвозвратноЗа меткий его глаз он назван был Пилат. 
