Секретный коридор Вульфа, который вел из тайной двери в сторону тюрьмы, располагался на противоположной стороне стены, от которой шел предназначенный для них коридор. Удачно. Слишком удачно. При мысли о том, что им случайным образом выпало работать сегодня здесь да еще и патрулировать коридор, расположенный так близко ко входу в тюрьму… у Джесса все внутри закипало.
Снисходительные ангелы или коварные демоны. Кто-то в этом был замешан.
Джесс молча натянул библиотечный плащ, взял оружие и понял, что Глен, разумеется, собралась быстрее него. Роллисон проверял каждого члена отряда, когда они выходили, и внезапно вытянул руку, призывая Глен и Джесса задержаться. Они оказались последними.
Тролл повернулся к Глен с Джессом, закрыл свой кодекс и произнес:
– Идите за мной.
– Сэр? – вопросительно сказала Глен, но, разумеется, послушно последовала за ним. Командир ничего не объяснил, лишь зашагал еще быстрее. Они последовали за Троллом через лабиринт дверей, который в конце концов привел их в тупиковый склад, уставленный полками.
– Что это? – спросила Глен, а потом поспешно добавила из вежливости: – Сэр.
– Это то, где вы будете ждать, – ответил командир. – Капитан Санти и остальные скоро придут. Не переживайте. Я… Не могу сказать, что я один из вас, но я давно знаком с капитаном Санти. Он был другом моего отца, когда они еще учились. После того как мой отец умер, Санти и Вульф сделали все, чтобы мне было, где жить и чем питаться. Я обязан ему.
Он развернулся, чтобы уйти. Глен схватила его за плечо.
– Погодите-ка, – сказала она. – Вы знаете, что…
Тролл отдернул плечо с такой легкостью, что могло показаться, будто хватка Глен и не такая уж сильная.
– Нет. И я не хочу знать. Я делаю одолжение другу, и на этом все. Когда вы закончите, отправляйтесь на патруль.
Тролл ушел, даже не обернувшись, и закрыл за собой дверь. Глен нахмурилась и сказала:
– Ты ему доверяешь, Джесс?
– А у нас есть выбор? – Джесс оперся плечом о стену. – Я обнаружил тоннель, о котором говорил Дарио. Пусть свободен. И там я слышал шаги над головой, которые точно раздавались не из базилики. А значит, это из тюрьмы.
– Никакой стражи?
– Был один механический лев, – сказал Джесс. – Но я с ним разобрался. – Он попытался произнести слова непринужденно.
– Что-что ты сделал?
– Выключатель, – пояснил Джесс. – Я говорил тебе, я отключил сфинкса, когда у нас с Дарио все пошло наперекосяк.
Глен задумалась на мгновение, а затем вздрогнула.
– То был сфинкс. Я видела, какого размера львы. Не уверена, что осмелилась бы остаться один на один с таким во тьме тоннеля. И тебе следовало сказать мне, что ты собираешься делать! Если бы ты не вернулся…
Разумеется, она была права. Джессу следовало оставить записку. Рисковать было глупо: солнце могло взойти, а Джесс мог исчезнуть в потемках тоннелей, оставшись разбитым телом под стенами тюрьмы. Хуже того, он мог лишить всех своих друзей единственного шанса найти Томаса.
– Прости, – сказал он.
– Сделай так еще раз, и я прикончу тебя сама, раз механические стражи не питаются. – Она говорила серьезно, или, по крайней мере, Джесс поверил в серьезность ее намерений. Ее уэльский акцент был явственно слышен, когда она сказала последнюю фразу. Однако у Джесса не оказалось времени ответить, если он вообще нашелся бы, что ответить, потому что за дверью раздался какой-то шум, а когда они оба повернулись, створка распахнулась.
Санти. Халила. Дарио. На Санти была униформа, а за его плечами укомплектованный рюкзак и автомат. На Халиле красовались темно-серое платье, профессорская мантия и хиджаб, а также свой рюкзак. Под профессорской мантией Дарио виднелся простой, неприхотливый наряд. Все выглядели напряженными.
– Кто-то пытался убить капитана Санти, – выпалила Халила.
Глен, которая собиралась было что-то сказать, замерла, поэтому заговорил Джесс:
– Что? Как?
– Яд во фруктах у меня в комнате, – сказал капитан Санти. – Невозможно сказать, кто его подложил, однако, полагаю, мы можем догадаться.
– Руководитель Артифекса.
– Ему надоело играть с нами, и думаю, он готов захлопнуть ловушку… Он специально оставил нас всех здесь, пока сам отправился в сенат. У нас больше нет времени.
– Но мы не собрали все свои вещи, – сказала Халила. – Мы можем вернуться?
– Нет. Не можете. Если вы вернетесь, то останетесь. Вы остаетесь?
– Не торопите нас, – сорвался Дарио. – Это большой шаг, знаете ли, отвернуться от будущего. От своих родных. От всего, во что мы когда-либо верили.
– Нет, не большой, – сказала Халила и сделала глубокий вдох. – Мы давно это обдумывали, Дарио. Я думала, мы уже приняли решение о том, кому принадлежит наша верность. Моя с ними. А твоя?
– Дорогой цветочек…
– Не надо. Если хочешь уйти, просто уходи. Не время для твоих комплиментов.
Дарио внимательно на нее посмотрел, а затем медленно кивнул.
– Хорошо, – сказал он. – Хорошо. Да. Идем.
Санти выглядел мрачным, однако в то же время решительным, как никогда.
– Идем, – сказал капитан. – Сейчас же.
