Осторожно ступая на высоких каблуках. Вера вернулась в спальню.
На огромном телевизионном экране молодая пара в вечерних туалетах обедала в ресторане на свежем воздухе в горах Аризоны. За их спинами виднелся роскошный сверкающий автомобиль.
Всю квартиру Спринг заполнили звуки музыки: в симфонию Моцарта вплетались мелодии в исполнении нью-орлеанского джаза и гавайской гитары.
Нахмурившись, Вера подошла к зеркалу и, повернувшись к нему спиной, попыталась сдвинуть «молнию». Поглощенная своим занятием, девушка не слышала, как дверь спальни отворилась.
Кто-то громко рассмеялся, но понадобилось целых две минуты, чтобы Вера осознала, что смех раздается не с экрана телевизора, а от человека, который был совсем рядом…
…и стоял за ее спиной. Господи, да вот же он. Она видит его в зеркале.
Вера в ужасе застыла. У нее не было сил даже закричать.
Она видела в зеркале, как побелело ее лицо и весь грим превратился в клоунскую маску.
Девушка не могла пошевелить даже пальцем. Она стояла и ждала, когда он убьет ее, а в том, что незнакомец ее непременно убьет, не было и тени сомнения. Боже, как же страшно…
Внезапно человек заговорил, и Вера увидела ослепительную полоску белых зубов, контрастирующих с темным загаром.
— Привет! Все нормально, расслабься. Я не хотел тебя пугать. Ты, наверное, не слышала, как я вошел.
Вера попыталась улыбнуться, но зубы ее стучали. Она явственно слышала этот предательский стук.
Перепуганная, Вера начала медленно поворачиваться лицом к незнакомцу.
Приглядевшись, девушка поняла, что незваный гость уже не выглядит таким страшным, как в зеркале. Он оказался совсем юным, того же возраста, что и Вера, и очень симпатичным, действительно симпатичным. Одним взглядом девушка охватила немного длинноватые прямые черные волосы, веселое лицо с лукавыми глазами, фиолетовую футболку, черные джинсы и черный пиджак. Ну, парень — просто глаз не отвести. Намного красивее, чем она могла вообразить в своих мечтах.
Незнакомец все еще смеялся.
— Что все это значит? К чему такая какофония звуков?
Кто ты такая?
— Я… я няня. Присматриваю за ребенком.
— А где ребенок? И где сама Спринг?
— В Лос-Анджелесе, — ответила Вера и тут же спохватилась: определенно не следовало говорить этого. Теперь он знает, что девушка в квартире совершенно одна, хотя и маловероятно, что он убьет ее. Человек, который заразительно смеется, не может быть убийцей.
— Шум такой, будто в квартире толпа народа, — заметил молодой человек.
Веру осенила догадка: парень из бюро технического обслуживания. Ну конечно, соседи пожаловались на шум и попросили проверить — все ли исправно.
— Простите. Я сейчас все выключу. Я… Вы ведь из бюро технического обслуживания?
— Нет.
— Ой! — вскрикнула Вера, вновь охваченная страхом. — Тогда как же вы вошли?
— С помощью вот этого.
Парень повертел перед ее носом ключами.
— У вас ключи, но… — Вера оказалась в полном замешательстве. — Кто вы такой?
— Я Слоун. — Парень выжидающе посмотрел на Веру, но та никак не отреагировала. Его имя ей ни о чем не говорило. — Я Слоун Сент-Джон Тредвелл-младший. Неужели никогда обо мне не слышали? Хотя и так все понятно. Я самый главный секрет моей матери.
— Матери?
— Мне никогда не нравилось мое имя. Вы можете звать меня Сент. Это гораздо лучше.
Парень вышел в коридор, и Вера последовала за ним.
Они ходили из комнаты в комнату, приглушая звуки работающей радио — и телеаппаратуры.
— Спринг ваша мать?
— Да.
— Но почему она держит это в секрете?
Сейчас молодые люди находились в гостиной.
— Потому, что Спринг молодеет год от года, а я становлюсь старше. Скоро мы сравняемся в возрасте. Зачем си портить свой имидж, рассказывая о взрослом сыне.
В квартире наступила тишина. Парень помолчал и с грустью добавил:
— У меня нет к ней претензий. Мы так редко видимся…
— Вы живете с отцом? — полюбопытствовала Вера.
— Ты что, шутишь? Для этого он слишком занят.
Слова прозвучали как бравада, в которой, однако, чувствовалась фальшь.
— Но должен же ты где-то жить, — разумно заметила Вера.
— Конечно. В школах-интернатах, летом в лагерях, а между ними с тетей Глорией. Но теперь с этим покончено.
Теперь я свободный человек.
Вера не могла отделаться от мысли, что он нарочно столь цинично говорит о своих родителях, что на самом деле ему очень горько. Она не знала, что сказать, и некоторое время они стояли, молча глядя друг на друга.
— Ну… — начала Вера. — Жаль, что ты не застал свою мать. Тебе очень нужно ее видеть?
— Это она хотела меня видеть. Во всяком случае, так говорила. Думаю, просто забыла.
— Она уехала в Лос-Анджелес фотографироваться для журнала, — вежливо разъяснила Вера. — Все случилось так неожиданно.
Сент кивнул. На его лице появилась кривая ухмылка., — Все ясно. Она никогда не упустит возможности лишний раз сфотографироваться. Ну… — Он направился в холл. — Рад был с тобой познакомиться. Мне пора.
Вера видела Сента всего пятнадцать минут, но ей вдруг стало очень грустно: такой чудесный парень внезапно ворвался в ее жизнь, чтобы сразу и навсегда с ней расстаться.