Потребовалось много времени и денег, прежде чем он дозвонился до Спринг Кентфилд. Сект уже подумывал о том, чтобы послать все к черту, когда трубку наконец сняли. Когда он услышал ее голос, немного раздраженный, перекрываемый звоном бокалов, приглушенным смехом и музыкой, то сразу без обиняков спросил:
— Мама, зачем ты сказала Виктору Даймонду, что я его сын? Ты же прекрасно знаешь, что это не правда.
Он услышал ее прерывистое дыхание, полное возмущения и негодования:
— Слоун, что за смешную игру ты затеял?
— Это не игра, мама. Зачем ты соврала ему?
— У меня нет возможности говорить с тобой сейчас. У меня обедают очень важные люди.
— Мне все равно, с кем ты обедаешь, будь то Стивен Спилберг, Джордж Лукас или Френсис Форд Коппола. Послушай меня, если ты сейчас повесишь трубку, то горько пожалеешь об этом.
Снова возмущенное пыхтение.
— Я не боюсь твоих угроз, Слоун. Даю тебе на разговор пять минут. Подожди, пока я возьму другую трубку.
До Сента доносились отрывки разговоров, взрывы смеха, музыка. Наконец мать взяла другую трубку, наверное, в столовой, а может, где-то еще, и все сразу стихло.
— Ну что? — спросил он. — Теперь мы можем поговорить?
— Надеюсь, ты не забыл, что, если бы не я, ты все еще сидел бы в тюрьме? — произнесла Спринг тоном холодным, как воздух Арктики. — Ты должен быть мне благодарен, а не обвинять мать во лжи. Уж поверь мне, только Даймонд мог вытащить тебя из дерьма, в которое ты угодил по собственной глупости.
— Мне непонятно только, почему ты так долго выжидала?
— Я не понимаю тебя, Слоун.
— Ты все прекрасно понимаешь. Я пробыл в Санта-Пауле почти два года, прежде чем ты посоветовала Арни обратиться к Даймонду и сослаться на тебя. Если ты знала, что он мой отец и такой всемогущий, почему же сразу не обратилась к нему?
— Я не хотела просить его, пока не будут исчерпаны все возможности.
— Ты не обратилась к нему, потому что поначалу тебе это даже в голову не пришло.
— Слоун, это не правда. Я ждала подходящего момента.
— Нет, это не так. Ты не думала о нем, потому что он не мой отец, но потом, возможно, ты решила, а почему бы не попробовать. Ты знаешь Даймонда достаточно хорошо, знаешь, что тот всегда хотел иметь сына, и решила подсунуть ему готового, правда, сидевшего в Санта-Пауле.
— Ну а если и так? Я сделала только то, что на моем месте сделала бы любая мать. Я за тебя очень переживала и готова была пойти на все.
— Все это прекрасно, мама, но я не верю тебе. Я тебя хорошо знаю. Главное для тебя — твоя карьера, которая пошла на убыль, и ты решила поправить ее с помощью Даймонда, дав ему то, что он так сильно желает.
— Слоун, твои инсинуации просто отвратительны.
— Послушай меня, мама. Взамен ты от него ничего не получишь. У него свои планы на будущее, и там тебе нет места.
— Это просто смешно…
— Неужели ты не понимаешь, что он сумасшедший? У него мания величия. И потом, сейчас он нашел себе новую Вэнджи.
На другом конце провода долго молчали.
— Слоун, повтори, что ты сказал, — раздался задыхающийся голос матери.
— Он считает Джи Би своим творением, как это было в случае с Вэнджи.
— О Господи! — Голос Спринг сорвался. — Это должна была быть я, — хрипло прошептала она. — Какой мерзавец!
Ведь это должна была быть я.
— Что ты хочешь этим сказать, мама?
— Это должна была быть я, я, я… Если бы я только осталась с ним тогда…
— Но ты же не осталась, ты продалась другому. По крайней мере так он утверждает.
— Господи, Слоун, это не правда. Он встретил Вэнджи, и все было кончено для меня.
— Ты ему сказала о своей беременности?
— Конечно.
— И что он сделал?
— Виктор дал мне деньги на аборт.
— Я счастлив, что остался жить, — скептически заметил Сент. — Оба отца хотели меня убить.
— Слоун, сейчас не время для шуток.
— Это не шутка, мама. — Сент вздохнул. — Значит, когда я был в тюрьме, ты сказала ему, что не сделала аборта.
— Да.
— И он сразу поверил, что я его сын?
— Виктор знал, что у меня больше никого не было. Если бы тогда он думал иначе, то не откупился от меня такими большими деньгами.
— Разве ты не знаешь, что сейчас по анализу крови можно установить отцовство? Если хочешь, я это сделаю.
Спринг молчала.
— Значит, у тебя был еще кто-то, мама? Не стесняйся, расскажи мне.
— Нет, ради Бога, нет. Если он узнает…
— Это нужно знать только мне, мама. Я обещаю, что никогда не расскажу Виктору Даймонду, что у тебя был еще любовник.
— Ну хорошо. — Спринг тяжело вздохнула. — Только боюсь, что тебе не понравится то, что ты услышишь.
— Позволь мне самому решать.
— Как хочешь… — Спринг перешла на шепот:
— По правде говоря, Виктор Даймонд просто не мог быть твоим отцом, на это есть причины, чисто физические. Я не хочу сейчас вдаваться в детали. В то время я работала как проклятая. Ты даже не можешь себе представить, что мне приходилось делать. У меня не было ни минуты свободного времени… и все же это случилось. Я сказала Даймонду, что беременна от него, и он поверил. Ему хотелось быть полноценным мужчиной, и Виктор поверил мне. Ему так хотелось иметь ребенка.
— Скажи, кто мой отец.
