Карл прекрасно умеет вязать узлы – и людей. Марко изо всех сил дергает руками и ногами, но освободиться от пут не может. Его приятель очнулся и тайком пытается ослабить веревки, однако у него тоже ничего не выходит.
Я выбралась из пикапа, держа над головой мусорный мешок, но на улице понимаю, что от дождя уже можно не прятаться. Гроза стихает, оставляя в воздухе духоту и влажность. Грязь хлюпает у меня под ногами вязким пудингом.
Карл сдирает скотч с губ Марко. Тот плюет ему в лицо и промахивается.
– Я тебя по судам затаскаю, гад!
– Сомневаюсь, – ласково отвечает Карл, освобождая рот его приятелю. Затем он достает пистолет и прицеливается ко второму ярко-желтому «найку» – тому, на котором еще нет крови. – А теперь расскажите моей подруге, что вам от нее надо.
Второй пытается сесть. Он промок насквозь и очень несчастен.
– Марко, с меня хватит! У меня жена и дети. Ты перегнул палку.
– Заткнись, Фред. Хочешь, чтобы жена и дети узнали о твоем подвиге?
– О моем?! Да это ты виноват! Ты уже с ней закончил, когда я заметил вас в воде! Я ее пальцем не тронул!
– Ну и что? В Техасе любят поджаривать не только преступников, но и тех, кто стоял и смотрел.
Щеки Фреда заливаются неприятной багровой краской.
– Ах ты…
Выстрел вспарывает воздух. Пуля уходит в глубокую лужу рядом с Марко, осыпая его комьями грязи.
– Карл! – ору я.
– У меня от этих идиотов голова раскалывается, – жалуется он. И, по-видимому, не преувеличивает. Выражение лица у него какое-то растерянное.
Зато до меня уже все дошло. Вода. Марко. Фред. Не фиолетовый, а
– Карл, я все улажу, хорошо? Больше не стреляй, ради бога! Кто из вас муж Гретхен?
Фред поднимает на меня благодарный взгляд. Он явно рассчитывает на мою доброту.
– Это я, я! В мае десятую годовщину свадьбы отметим. Думали ехать на Гавайи… Давайте я все объясню. Когда в ту ночь мы с Марко вышли из воды, я заметил, что Виолетта за нами не пошла. Ну, думаю, обиделась – все-таки Марко слегка перегнул палку. Или побоялась, что я тоже ее трахну. Она разок крикнула, я слышал…
– Вы зашли в воду с Виолеттой, – тихо говорю я. – Твой друг изнасиловал ее и, возможно, утопил, а ты просто ушел. Потом женился на ее лучшей подруге.
– Говорю же, я здесь ни при чем! Я только рассказал Марко, что какая-то тетка пристает к Гретхен и хочет встретиться с ней на пляже. Может, из полиции, подумал я. Но сейчас-то вижу, что ни хрена вы не из полиции.
– А чего она голая с нами в воду полезла? На что рассчитывала? – встревает Марко.
– Я записал все на диктофон, – сообщает Карл.
– Что? – растерянно переспрашиваю я.
– Это было мое условие, забыла? – ворчит Карл. – Девочки в Остине помогли мне выбрать айфончик. Правда, пришлось заплатить лишние тридцать четыре доллара и девяносто девять центов за золотой чехол, но в целом о покупке я не жалею. Хочешь прослушать запись? Это легко.
– Отдай мне пушку, пожалуйста.
– Да чего ты?
К моему великому облегчению, он послушно протягивает пистолет.
Я вытряхиваю пули, стираю гавайской рубашкой отпечатки пальцев Карла с рукоятки, потом забрасываю пушку и пули подальше в лес. Может, это не самый лучший способ избавиться от оружия, но вполне сойдет. Дождь опять усиливается – вот и хорошо, смоет лишние следы.
Надо же, как я наловчилась орудовать одной рукой! Кроссовок Марко залит кровью – Карл ведь только что его подстрелил. Как глупо.
– Сфотографируй их, Карл, и едем отсюда.
– Не бросайте нас в этой глуши! Тут же никого нет! – взмаливается Фред. – А если ручьи выйдут из берегов? Мы можем утонуть!
Я проверяю веревку. Крепкая мокрая змея.
– Не волнуйтесь, мы не бросим вас на произвол судьбы.
– Это сарказм, если что, – поясняет Карл. – Она только кажется милой, а на самом деле злая, как собака.
– О боже! Теперь от нее воняет колодцем!
Эти слова заставляют меня вспомнить, что Карл вовсе не безобиден – пусть он и не пытался привязать меня к сосне или пристрелить.
На заднем сиденье вновь сидит его воображаемая подружка – по всей видимости, она только что искупалась в колодце. Не хочу даже думать о том, что это может означать. Интересно, где тогда Уолт? Марко и Фред на улице орут во всю мощь и пытаются вырваться из пут. Карл поворачивает ключ в замке зажигания. Дождь заливает лобовое стекло. Барфли протяжно воет в ля-диезе.
Мне хочется заткнуть уши пальцами, но я понимаю: это не поможет. С тех пор как я зарядила мешком с камнями по башке одному из этих ребят, я пытаюсь сдержать ураган эмоций и сомнений. Какие шрамы оставит путешествие с Карлом в моем сердце? Оно буквально рвется на части. Голова вот-вот лопнет от вопросов.
Карл выезжает задним ходом по узкой дорожке с сосновыми стенами, ободравшими нашему пикапу все бока.
– Да заткнись уже! – орет Карл призраку на заднем сиденье.
Так, теперь он ссорится с привидениями, пытаясь вписаться задом в узкую дорожку. Этого еще не хватало.
Хоть мне и неймется задать несколько вопросов о нашей гостье, я оборачиваюсь и бросаю только одно:
– Пожалуйста, не лезь сейчас к Карлу, ладно?
– Не волнуйся. Скоро она свалит. Ее бесит, как я вожу.
