— А дети есть? Жена? Или подруга? — не отставала Марго. Ей почему-то хотелось узнать о своем загадочном, тщательно скрываемом родственнике как можно больше.
И снова тень поселилась в глазах Даниила. Он отрицательно качнул головой.
— У меня нет семьи, Маргарита. С тех пор, как умерла твоя мама, я стал круглым сиротой и одиночкой.
Девушка поджала губы, не решившись задать следующий вопрос. Шестое чувство подсказывало ей, что он не ответит. Какая-то страшная тайна была связана с гибелью Мирославы Казанцевой, его сестры и матери Марго, и, возможно, он винил себя в ее смерти. Как иначе истолковать столь странное поведение? Может быть, на Миру напали, а он не смог ее защитить? Или она заболела, а Даниила не оказалось рядом, или он не успел ей помочь… Предполагать можно до бесконечности. Впервые Маргарита захотела узнать правду. Любопытство перечеркнуло страх.
— Теперь мне многое стало понятным. — задумчиво произнесла Марго. Оба мужчины вопросительно посмотрели на нее, и девушка пояснила. — Я как-то попросила Ди показать мне фотографии бабушки и мамы, хотя бы детские, но она сказала, что случайно выбросила альбом с другими бумагами во время приборки. Мне еще тогда показалось странным, как можно не заметить среди хлама альбом с фотографиями. Ты говоришь, что я похожа на маму, и я верю, но понятия не имею, как она выглядела.
— Как ты. Посмотри в зеркало… — Даниил улыбнулся кончиками губ.
— Или на тебя? Мне аж жутко стало, когда ты очки снял. На кого вы были похожи? На бабушку?
— Нет. В маму пошла Диана, а мы с Мирой в отца, которого никогда в глаза не видели. — сообщил Казанцев.
— Я бы очень хотела узнать тебя, Даниил. Ты мне кажешься хорошим человеком. — неожиданно для самой себя сказала Марго.
— Никогда не верь первому впечатлению. — тягостно вздохнув, покачал головой мужчина. Ник поспешил не согласиться.
— Со всем уважением, должен признаться, что сам придерживаюсь противоположного мнения. — заговорчески подмигнув мне сказал Никита. — сложись иначе, мы бы с Марго не были вместе.
Даниил Казанцев с тоской взглянул на переплетенные пальцы влюбленной парочки.
— Я рад за вас, ребята. — искренне сказал он. — Берегите друг друга, не смотря ни на какие трудности и препятствия. Есть такие ошибки, исправить которые невозможно. Существуют слова, которые ты не успел сказать, и поступки, жалеть о которых слишком поздно. Живите сейчас и будьте смелыми, говорите правду и любите друг друга так, словно другого шанса быть вместе никогда не представиться.
— Ого. — удивленно выдохнул Ник, с любопытством разглядывая Даниила. — Это из собственного горького опыта?
— Опыт не бывает горьким. Он — наше прошлое, судьба, от которой, увы, не уйдешь или рок, противостоять которому не хватило смелости. Преступление, у которого нет срока давности.
— Маргарита, теперь я понимаю, почему ты выбрала филфак. — усмехнулся Скворцов. — У вас это в крови.
— Увы, я не учился этому в институтах. Школа жизни дает больше знаний, чем вы почерпнете в любом из учебных пособий. — с ноткой ностальгической печали подытожил Даниил. Он внезапно встрепенулся, взглянул на дорогие часы с широким браслетом на своем запястье. — Мне пора. Я очень рад был познакомиться с тобой, Маргарита, и с твоим другом тоже.
— Ты оставишь мне номер телефона? — спросила девушка, глядя в глаза родственника. Он едва заметно кивнул, достал из верхнего кармана рубашки визитку и протянул ей.
— В любое время, Маргарита. Но Диане не стоит говорить. Пожалуйста…
— Хорошо. — пообещала она, убирая визитку в сумочку.
Все трое обменялись рукопожатиями, и Даниил Казанцев ушел. Марго проводила его взглядом до платной стоянки, где ее дядя сел в серебристый «БМВ» и уехал прочь.
Как только авто Казанцева скрылось из виду, Маргарита посмотрела на Никиту, который, в свою очередь, пристально наблюдал за ней.
— Что ты думаешь об этом? — в лоб спросил он. Марго пожала плечами, взглянув на свой остывший обед.
— Он — глубоко несчастный человек. И очень одинокий. — выдохнула она. Ник нахмурился, покачал головой.
— Я не об этом!
Девушка прекрасно понимала, куда клонит Скворцов.
— Я верю, что он мой дядя. Диана вполне могла скрыть от меня сам факт его существования. Это в ее стиле. — призналась Маргарита. — К тому же ты видел его лицо.
— Пока он не назвался твоим дядей, я грешным делом подумал, что мужик, возможно, твой отец. Исключительно по причинам неоспоримого внешнего сходства.
— Я хочу выяснить, что случилось, почему Ди вычеркнула Даниила из нашей жизни.
Ник понимающе улыбнулся, нежно прикоснувшись к щеке Марго.
— Я никогда не спрашивал, как умерла твоя мама… — осторожно начал он. В глазах девушки мелькнул холодный блеск.
— Я тоже. И я не знаю. — сообщила она. Никита потрясенно замер.
— Неужели тебе не было интересно?
— Интересно? — вспыхнув от возмущения воскликнула Маргарита. — Как может быть интересной чья-то смерть, и в особенности — смерть родной матери?
— Прости меня. Я не так выразился. — примирительно сказал Ник. — Ты совсем ее не помнишь?
