Бумажный театр. Непроза полностью

нина викторовна: Да это же ерунда. Неужели помогает? Я покрепче беру.

лидия: Покрепче – с рецептом, надо к врачу идти.

нина викторовна: Чего же ты раньше не сказала? Дам я тебе рецепт, ко мне врач домой приходит, выписывает всё, что попрошу.

георгий: Да, всем пора. Собирайтесь, ребята. (Встает, целует Нину Викторовну.) Хороших снов, мамочка.

Все устремляются в прихожую с прощальными репликами.

– Пока-пока!

– Будь здорова.

– А ты бы позвонила. Может, заехала бы?

– Обязательно!

– Теть Лида, вы про нас не забывайте.

– Ксюша, а где твой салон?

– На Ленинском. Приходи.

Уходят.

нина викторовна (возвращается к столу, наливает себе рюмочку, медленно выпивает): Пожалуй, обойдусь сегодня без снотворного… (Смотрит на портрет.) Ну что, Николай Георгиевич? Хорошо тебе?

Появляется Николай Георгиевич.

николай: Неплохо, наверное. А тебе? Хорошо? Теперь тебе лучше? Душу излила? Легче стало? Ты прости меня, Ниночка. Жизнь длинная, кривая. Я любил тебя всю жизнь, с первой минуты до последнего часа. Восхищался тобой, преклонялся перед тобой. Всю жизнь, Нина… Как тебя не любить? Ты же прекрасная… талантливая, сильная. Но… ты к жалости не располагаешь. А вот Лиду жалко было. Всю жизнь Лиду жалко было. Она тебя любила больше всех на свете. И завидовала… Она красавица, ей от отца чудная красота досталась… но и слабосильность. А тебе, мышка моя любимая, талант и ум. И почему-то тебя все любили, даже кошки-собаки… а ее – никто, при всей ее красоте. Уж не знаю, чего в нее не доложили. Ну и ножка, конечно… А я ее жалел. Всю жизнь жалел. Ты прости меня, Нина. Я знал, что ты знала… И оба мы знали, что знали, что знали… что знали… Да ты ведь давно простила?

нина викторовна: Простила, простила, Коля… но ведь как тяжело было. Как там у вас, у верующих? Бог простит.

николай: Ниночка, это неправильные слова. Бог, конечно, простит, но пусть люди лучше думают, что Он может и не простить… Живи, Ниночка, живи сколько отведено… и радуйся. Все, все хорошо… (Исчезает.)

нина викторовна: Подожди, Коля. Не уходи! Я хотела тебе сказать… Где ты, Коля? Та-ак… Николай! Николай Георгиевич! Ты где? (Смеется.) Да не больно хотела… Пить нельзя. Совсем нельзя. Наследственность плохая…

Нина Викторовна провожает свою помощницу Марину. Из прихожей слышны их голоса.

нина викторовна: Спасибо, Мариночка! Замечательно все сделала. Умница.

марина: Водка и холодец в холодильнике; не забудьте на стол поставить, когда придут.

нина викторовна: Не забуду, не забуду.

марина: И посуду прямо на столе оставьте, ничего не относите, не мойте. Я завтра утречком приду, всё перемою, перечищу.

нина викторовна: Спасибо, деточка. Палочка-выручалочка моя. И сумку большую завтра захвати, все остатки из дому вынести.

марина: Да съедят всё. Вкуснотища-то какая! Хорошо вам погулять, Нина Викторовна. (Идет к двери, возвращается.) Может, я все же приборы расставлю?

нина викторовна: Спасибо, деточка, не надо! Ничего не расставляем. Фуршет! Чтоб не засиживались… Что за старомодная манера за столом сидеть! Не в ресторане же!

Хлопает дверь. Нина Викторовна входит в комнату и оглядывает стол.

Звонок домашнего телефона.

нина викторовна (берет трубку): Алло!

женский голос: Поздравляю, Ниночка! Ты живая, я живая! Кто мог подумать, что мы столько протянем.

нина викторовна: Наташка, я уж думала, ты забыла.

наташа: Как это я могу твой день рождения забыть? Это как свою собственную жизнь забыть. А у меня склероза нет. Я всё помню.

нина викторовна: Да, нам есть чего вспомнить!

наташа: Да… Кой-чего можно и не вспоминать…

нина викторовна: Да-да, а кой-чего можно и забыть. Даже хочется забыть…

наташа: Ладно, Нинка! Здоровья тебе… Долгих лет.

нина викторовна: Спасибо, Наташенька. Будь здорова.

наташа: Да подожди. Ты скажи, как в театре-то? Организовали? Поздравили? Ну, вообще? Шестьдесят лет в строю!

нина викторовна: Я три года почти не играю. Почетный покойник. Тень… отца Гамлета, приблизительно… Ну, прислали корзину цветов. Наверное, после вчерашней премьеры оставалась.

наташа: Да ты что?

нина викторовна: Ну, Наташа, они собирались устроить какое-то чествование, но я этого ничего не хочу. Знаешь, это новое начальство… да я видеть их не хочу. Отказалась категорически. Театра нет, нет больше театра. Только домашний праздник, никого кроме семьи не жду. В самом узком кругу… Да. Спасибо, что поздравила, Наташка. Целую, дорогая. (Кладет трубку.)

Сразу же раздается новый звонок.

нина викторовна: Алло!