– Прости, что привез девочку домой, этот урод ее треснул, и я не смог отдать ее заказчику. А куда отправишь? В больнице тоже светиться нельзя.
– Сколько раз я тебе говорила: прекращай этим заниматься. Устроился бы на нормальную работу и спал бы спокойно, и я бы тоже спала, хоть изредка! – женщина произносила слова четко, она очень хотела, чтобы Руслан услышал. – Бросай, наконец, эту чернотищу!
– Я обещаю развязаться, но я глубоко застрял в этом деле. Пока я не могу. Не могу просто взять и уйти, я же объяснял уже, – Руслан тяжело выдохнул, и плюхнулся на диван после дороги. – Оль, я очень устал сегодня, очень…
– Ладно, отдыхай…
Скрипнула дверь, покорно поддаваясь женской руке. Вдалеке поскрипывали деревянные полы под осторожными шагами…
Вика открыла глаза: комната погружена в бордовый сумрак от плотных красных штор, потолок и стены выложены деревом, и, судя по скошенным стенам, спальня находилась под самой крышей. Девочка резко спрыгнула с большой кровати к окну. За шторами виднелись несколько домов и ровно подстриженные газончики между ними. Под ее окном – асфальтная дорожка и джип рядом с розовыми петуньями.
– Our younger guest has waken up!
Вика вздрогнула, голос был приятный, но уж очень неожиданно женщина вошла в комнату.
– Do you want to eat?
– Я… я не понимаю о чем вы говорите.
Приятная немолодая женщина в темно-синем домашнем платье засуетилась у прикроватной тумбочки, она переставила с подноса стакан сока, кусочки жареного хлеба и варенье в глубокой пиале.
– Bonne appetite! – бросила она, закрывая за собой дверь.
Как Вика хотела есть! Кажется, она никогда не была такой голодной, но мысль о коктейлях в офисе «Экватора» заставила отдернуть руку от стакана.
Неизвестно, как долго продолжалась бы эта борьба желудка и разума, но в дверь постучали.
– Мери сказала, что ты проснулась. Ты проспала часа три, наверное. Как себя чувствуешь?
Это была красивая блондинка лет тридцати пяти, невысокого роста, очень миниатюрная, с пучком волос на голове, с голубыми глазами. На ней были алые шорты и футболка мятного цвета.
– Хорошо, – девочка подошла к сидящей на кровати женщине, и умоляюще взглянула ей в глаза, – Пожалуйста, скажите где я? Что со мной будут делать?
Женщина дружелюбно улыбнулась и посоветовала девочке сесть рядом:
– Ты в Америке.
– Что???
– Да-да, можешь быть уверена. Ты перелетела через океан и теперь далековато от своего дома.
– Ну, дела…
– А в ближайшее время тебе предстоит поужинать, смотрю, ты и не притронулась к еде.
– Я не очень-то хотела это есть и пить, – Вика хотела быть честной с этой женщиной.
– Ты боишься меня?
– Вас я не боюсь. Я боюсь того, что может со мной произойти.
– Это ты зря. Обещаю, все будет хорошо.
В ответ Вика улыбнулась.
– Давай, наконец, познакомимся. Меня зовут Оля, а тебя?
– Вика.
– Вика, – повторила Ольга вслух. – У тебя очень красивое имя.
Женщина замолчала. Они просидели так некоторое время, в тишине. Девочка подошла к окну. За дальним домиком улицы садилось солнце, окрашивая крыши в темно-оранжевый.
– Отдайте, пожалуйста, мой паспорт, – прошептала Вика, глядя на аккуратно подстриженные розовые кусты во дворе дома.
– Что? – очнулась от своих мыслей Ольга.
Вика повторила просьбу с мольбой в голосе.
– Да, разумеется. Не волнуйся. Я, правда, не знаю где он… Сейчас разыщем, – подмигнув, женщина легко и быстро выпорхнула из комнаты так же внезапно, как и появилась.
Через несколько минут она уже была здесь с паспортом в руках.
– Слушай, а ты из какого города? – с детским любопытством Оля хотела пообщаться с этой милой девочкой. – Можно посмотреть?
– Угу, – кивнула Вика.
Далее девочка видела, как Ольга открыла паспорт, резко поднесла ладонь ко рту, шумно вдохнув воздух, затем начала судорожно мотать головой: «Нет, нет…» и, наконец, опустила руку с паспортом и подошла к Вике очень– очень близко, вглядываясь в ее лицо, будто увидела какую-то диковину.
– Вика, а где твой папа? – вопрос был столь неожиданным, что она отступила от Ольги.
– Он умер, когда я была совсем маленькая, – честно ответила девочка, удивленная странной реакцией женщины.
– С кем ты живешь?
– С мамой, – сказала Вика, вспомнив о Тане. Она, наверняка, волнуется, надо бы сообщить о себе, попросить позвонить домой.
– С мамой? – вопрос прозвучал хрипло, будто выбираясь из самой глубины сознания.
– Можно позвонить ей, пожалуйста. Она очень волнуется за меня.
Ольга молча смотрела на Вику, прикрыв рот ладонью, потом повернула к двери и махнула Вике, чтоб та следовала за ней.
***
– Танюша! Это я! … Да! … Да, все хорошо! Ты только не переживай, слышишь?!… Ну, так получилось, одним словом. Я на… на… на конкурс красоты улетела. … В Америке! … Тань, не надо плакать! Говорю же, все хорошо со мной. Ну, как я прилечу сейчас? … Ты? Как прилетишь? Здесь обо мне заботятся, – Вика скользнула взглядом по огромной гостиной, обнаружив Ольгу, сидящую в дальнем кресле. Та обхватила руками свои плечи и внимательно смотрела на девочку. – Я обещаю, что позвоню еще… Ну, давай завтра утром … Как уже утро?! Ах, точно у тебя утро… Все равно буду звонить, как смогу, хорошо, целую тебя!
***
