— Я как чувствовал, — хохотнул Вова и открыл холодильник, указывая на торт и мороженное, которое купил перед их встречей.
— Как ты основательно подготовился, — улыбнулась она. — Может, ещё и кольцо обручальное в запасе где-нибудь лежит?
— Может, и лежит, — подмигнул он ей и достал сладости из холодильника.
— Я уже говорила, что влюбилась в тебя? — вдруг выпалила Нина и закусила нижнюю губу. Гордеев замер и резко бросил на нее удивленный взгляд.
— Поверь, я бы запомнил, — выдохнул он.
— Значит, говорю сейчас. Вова я в тебя влюбилась, — призналась девушка. Ее сердце чуть не вырвалось из груди от волнения. У него дыхание сбилось. Такие приятные слова пробрали мужчину до мурашек. Олеся, конечно говорила ему «люблю», но это звучало как — то монотонно и отстранено, словно пустая фраза. А слова Калининой под кожу забрались, ускоряя кровоток.
— Нинуль, я тоже влюблен. Ты меня с ума сводишь, в хорошем смысле, — ответил он серьезно, а у нее глаза засветились от счастья.
Три уверенных шага и Нина оказалась возле него. Обхватила мужчину руками и поцеловала со всей страстью, на которую была способна. Он не удержал протяжного стона. Черт! Желание забурлило, но сдержал слово, не прикасался, боясь причинить новую боль. Они отправились смотреть фильм и поедать мороженное. Вова обнял Нину, зарылся носом в ее волосы и нежно поцеловал в макушку, а она таяла от его прикосновений. В душе обоих царило умиротворение.
После совместных выходных отношения Гордеева и Калининой вышли на новый уровень. На рабoте сотрудники заметили, что эти двое буквально светились, всегда улыбались, а в перерыве не могли оторваться друг от друга. Как Вова не уговаривал Нину переехать к нему, она не соглашалась, ссылаясь на то, что будет жить с ним только после свадьбы. Выходные Нина проводила в гостях у Вовы. Близость для нее даже после десятого раза была болезненна.
Владимира покорило то, что несмотря ни на что, Нина доверилась ему настолько, что не стеснялась и не прикрывалась. Смело исследовала мужское тело, наблюдая и изучая реакцию любимого. Она сама заводилась, когда поняла, как ее ласки действовали на Вову, лишая того самообладания. А он был ее учителем, подсказывал и окунал в неизведанный ранее мир страсти. Рядом с ним стирались все границы. Нина чувствовала единение их душ и и тел. Изучая друг друга, выяснили, что Нине проще испытать наслаждение и достигнуть пика удовольствия без стимулирования, если она сама контролировала темп. Поэтому Гордеев с удовольствием отдавал инициативу в ее руки.
Владимир насытиться не мог девушкой, сходил с ума от ее ласк, пусть и неумелых, зато таких искренних и трепетных. Окружающий мир для них отошел на второй план, они жили и дышали друг другом. Никогда в жизни Нина не была так счастлива как в то время, когда казалось, что попала в рай или сказку.
Наступил конец марта. Вова проводил Нину домой и отправился к себе. Когда вошел в квартиру, то наткнулся на Олесю, встречающую его в соблазнительном просвечивающемся пеньюаре. Черт! Гордеев судороҗно сглотнул. Опомниться не успел, как она повисла на нем, не позволив и звука произнести. Впилась гoлодным поцелуем в его губы, однако Вова обхватив руками ее талию, отстранил от себя и нахмурился.
— Приехала… В конце марта? А должна была вернуться в конце января. Так где тебя черти носили? — недовольно буркнул он, скидывая с себя ботинки. Нервно провел рукой по черным волосам и бросив на Олесю холодный взгляд, добавил. — Оденься, нам нужно серьезно поговорить.
Блондинка надула обиженно губы, схватила с дивана халат и накинула себе на плечи.
— Вова, ну ты чего дуешься? Я же тебе не жена, мы просто живем вместе. У меня были дела, я, между прочим, карьеру строю. Кстати, об этом… Вовчик, мне предложение поступило участвовать на показе за границей. Представляешь? Нью-Йорк! Загвоздка только в том, что мне нужен штамп в паспорте, что на Родине муж есть. Визу так проще получить. Понимаешь? Эти американцы считают, что раз у меня есть семья, то я обязательно вернусь домой и не останусь жить в Нью-Йорке. Вот наивные, слов нет. Так вот, Вова, давай распишемся. Я уеду, а потом и тебя перетащу за границу. Сам подумай, там у тебя больше перспектив заработать с твоим — то талантом. Матери сможешь оказывать помощь в два раза больше. Раскрутишься, а если надоест, вернешься на Родину. Ты ничего не теряешь. Судьба нам такой шанс дала вырваться из этой дыры в люди. Вовчик, соглашайся, — протараторила Такмакова.
Владимир обхватил голову руками и сел на диван, уставившись взглядом в одну точку. Предложение на самом деле очень заманчивое. Он не раз думал о том, что за границей больше перспектив выбиться в люди, а тут такой шанс. То, что Олеся его перетянет со временем к себе, он не сомневался. Она никогда его не подводила. Это благодаря ей, его без стажа взяли на фабрику. Потому что Такмакова знала кого — то из руководства и похлопотала за своего парня.
— Вова, да о чем тут можно думать? — всплеснула она руками. — Мы же с тобой не раз мечтали упорхнуть в Америку, только возмoжности не было, а теперь есть.
