Бунич Игорь – В центре чертовщины полностью

газетой. Репортёр делает следующий вывод: “Усилия инспектора, однако, показывают, до

какой степени компания “Истерн” старается найти источник неуловимых слухов, в течение

нескольких месяцев терроризирующих авиалинию”.

Затем он продолжает: “Представитель компании уверяет, что нет никаких

документов, подтверждающих существование призраков. И всё же слухи о них

продолжают распространяться”.

Он в точности повторил ответ, полученный мной в пресс-бюро “Истерн”. Удивило

при этом меня лишь то, что, по словам представителя, инспектор компании провёл всего

“несколько часов”, пытаясь обнаружить источник слухов. Если бы он выбрал время и

прокатился на одном из Л-1011, да поговорил с экипажем и стюардессами, он вернулся бы

домой с дюжиной, а то и более примеров, по которым можно было бы установить их

непосредственный источник. Интервью, походившее на заранее подготовленный текст,

показывало, что “Истерн” или не предпринимала серьёзных попыток разобраться в

происходящем, или не собиралась разглашать полученные сведения. И в том, и в другом

случае информация, предоставленная “Нью-Йорк Таймс”, была столь же неубедительна,

сколь и ответ, данный мне в пресс-бюро.

Несколько дней я занимался обычными интервью, касавшимися самой катастрофы,

— простым, привычным для журналиста делом, не имевшим ничего общего с

неуловимыми призраками. Рэчелл и Уорден были убеждены, что мы можем получить

непосредственную информацию от психических медиумов, знакомых им по группе

“Духовного предела” и Академии Артура Форда в Майами.

Я отнёсся к этой затее весьма осторожно, поскольку не хотел, чтобы моё имя

связывали с подобной группой. Я не мог справиться с предубеждением и старался

держаться от них в благоразумном далеке, хотя и Рэчелл, и Уорден убеждали меня, что их

группа и Академия — вполне обычные организации, где состоят разумные и

интеллигентные люди, считающие современный медиумизм эффективным способом

помощи окружающим. Среди их членов можно было встретить банкиров и пилотов,

брокеров и профессоров, представителей практически любой профессии. Вдобавок к

развитию медиумизма группа поощряла занятия врачеванием у тех, кто проявлял к этому

способности.

Об Артуре Форде я знал лишь по слухам. У Уордена под рукой оказался бюллетень

“Духовного предела", и я просмотрел его. На глаза мне попался отрывок из книги Форда

“Сила или фарс”, который давал некоторое представление о его взглядах:

“Я всегда возмущался, когда люди говорили о спиритуалистах в насмешливой и

недружелюбной манере. Каждый в мире является спиритуалистом, если он, конечно, не

материалист, Это великолепный философский термин. Я — спиритуалист, потому что

верю в душу. Неважно, как ваше имя, католик вы, методист или буддист, если вы веруете

в Бога или в духовное качество, не умирающее после вашей смерти, вы самый настоящий

спиритуалист. Альтернатива заключается в том, чтобы быть материалистом и

полагаться лишь на те вещи, что вы можете видеть, слышать и трогать.

Мы много говорим о том, как удержаться от нарушения закона Божьего, однако

каждая христианская церковь начиналась как ересь и каждый человек, который значит

что-то для царства Божьего, в своё время был еретиком”.

По-видимому, Артур Форд твёрд в своих убеждениях и готов их защищать. Когда я

наконец посетил Академию с Рэчелл и Уорденом, оказалось, что она не имеет ничего

общего с обычным представлением о медиумах. Она располагалась в уютных комнатах

современного делового здания на юго-западе Майами. Помещения украшала нарядная и со

вкусом подобранная мебель. Ковры, протянувшиеся от стены до стены, смягчали звук

шагов.

Меня представили Патриции и Баду Хэйесам, основателям Академии, которые

больше походили на молодую парочку со страниц каталога Эберкромби, чем на

таинственных медиумов. Бад Хэйес успешно занимался рекламой и имел собственное

агентство. Бад и Патриция поженились совсем молодыми и теперь растили пятерых детей.