Бунич Игорь – В центре чертовщины полностью

повседневной жизни и в снах, нет повода сомневаться в её применении в дальнейшей

жизни, возможно, в более мощной и сложной форме.

Тесно смыкаются с работами профессора Прайса положения теории профессора

Уильяма Эрнеста Хокинга, преподававшего философию в Гарвардском университете с

1920 по 1923 год. В своей книге “Значение бессмертия” (Нью-Йорк, “Харпер и братья”,

1957) он пишет:

“Личность не может существовать, не воплотившись в какое-либо тело.

Существование личности предполагает осознание событий во времени — непрерывной

смены частностей, а не погружения во всеобщее или Единое. Со смертью нарушаются

лишь структура и функции организма — органичного и неповторимого объединения

устойчивых элементов. Вопрос наш касается именно этого нарушения. Является ли оно

абсолютным, затрагивающим каждую клеточку живого существа, чудесного сложного

объединения и потому чрезвычайно уязвимого? Или оно может быть относительным, не

затрагивающим зародышевой основы индивидуального целого? Каким образом

происходит выживание после смерти — этот вопрос очень редко затрагивается

философами, можно сказать, что он позабыт ими, но для нашего собственного

исследования он остаётся необычайно важным".

Хокинг утверждает, что человек одновременно является частью природы и находится

за её пределами. Человек уже доказал, что порой может влиять на развитие природы.

Подобно Прайсу, Хокинг считает ошибочным положение о том, что наше пространство —

единственное. Подобно Прайсу, частичное подтверждение он находит в снах.

“Мир снов находится где-то в стороне от бодрствующего мира. Между ними нет

ни дороги, ни тропинки. Ни один астрономический прибор не укажет расстояния и

направления движения между ними... Переход из одного в другой происходит так же

неуловимо быстро, как мысль меняет своё направление. Я ставлю вопрос, не имеем ли мы

здесь пример путешествия, быть может, не совсем тождественного, однако во многом

сродни вероятному “кардинальному перемещению” между этим миром и прочими”.

Вместе с Прайсом Хокинг полагает, что сны могут обладать трёхмерной

реальностью, что указывает на существование потустороннего для нас пространства.

Образность и ощущение реальности происходящего в снах намного превышают

способности нашей памяти. Тот факт, что пространство, являющееся к нам в снах, и наше

собственное пространство нельзя измерить одними мерками, он иллюстрирует

любопытным примером. Человеку снится, что он сидит в каноэ, устремившемся к

водопаду. Он резко просыпается. Какое расстояние отделяет изогнутый нос каноэ от ножки

его кровати? Разумеется, измерить его нельзя. Если у вас на стене висит горный пейзаж, вы

можете измерить расстояние от вершины скалы до пола обычной рулеткой, но полученный

результат не будет иметь никакого смысла.

Хокинг спрашивает, сколько места, по-вашему, необходимо для души? Или мысли?

Сколько весит сон? Или сознание — та часть личности, которую даже учёные начинают

признавать независимой от мозга или функционирования тела?

“Процесс смерти, — пишет Хокинг, — затрагивающий тело как часть природы, не

обязательно затрагивает душу... Поэтому смерть является относительным явлением, а