— Дорога, — прошептал ошеломленный Юрий. — Откуда она здесь?
— Глупый вопрос. Оттуда, откуда все дороги, ее проложили.
— Кто?
— Сотрудники Института, в свободное от научной работы время.
— Оставьте ваши шутки! Я серьезно спрашиваю.
— Подробности узнаете, Юрий Алексеевич, в Институте.
Вездеход вдруг круто повернул, и Юрий с удивлением отметил, что они уже едут не по главной магистрали, а свернули на дорогу поуже, но столь же ровную и прямую.
Впереди как-то незаметно на фоне сверкающего звездного неба и джунглей выросла горная гряда с остроконечными пиками черных вершин. Затем машина скользнула в какое-то ущелье или тоннель — Юрий так и не понял, что это было, и удивляться уже перестал. Просто звезды и джунгли исчезли, и несколько километров они ехали по коридору мрака. Фары освещали только узкую полоску бесконечной гладкой дороги. Весь остальной мир был погружен в абсолютную и непознаваемую темноту.
Затем мрак вокруг рассеялся. Они снова увидели сверкающее звездное небо.
Василий небрежно приоткрыл одно из окон вездехода, и в ноздри Юрию ударили мучительно знакомые и родные запахи хвойных лесов Земли. Здесь, на Адрии, это было настолько неожиданно, что у Юрия закружилась голова.
— Вот мы и приехали, — услышал он спокойный голос Василия. — Через десять минут будем у гостиницы.
Какая еще гостиница? Откуда она взялась? Уже совсем ничего не понимая и не пытаясь понять, Юрий поднял голову: то, что он увидел впереди, заставило его на минуту забыть обо всех своих проблемах…
Впереди, сверкая тысячами разноцветных огней, лежал город.
Собственно, это огромное, сказочно красивое сооружение едва ли можно было назвать городом в привычном, земном, смысле этого слова.
На Земле города складываются из зданий, домиков, улиц. Носят на себе печати перестроек, улучшений, ломки, идущего строительства. Словом, содержат в себе застывшее время и некоторую сумятицу архитектурных замыслов. И обыкновенно, города Земли очень разнородны, легко распадаются на те или иные составные части, отдельные здания, улицы, кварталы, домики и т. п. Причем, каждую такую составную часть зачастую можно убрать без особого ущерба для всего замысла строителей города. Ничего похожего перед Юрием не было. Город впереди, великолепно освещенный искусственно и двумя маленькими спутниками планеты, составлял единое целое. Казалось, он был высечен из одного гигантского куска камня. Все его здания, дворцы, башни, мосты и бесчисленные сады и парки переплетались в один сверкающий клубок.
Город окружали довольно высокая каменная стена с бойницами и башнями на манер средневековых и широкий ров с водой. Это придавало городу сходство с замками злых волшебников, какие любили изображать художники в старинных детских книжках.
Вездеход промчался по стальному разводному мосту через ров и въехал в широко открытые городские ворота.
У ворот никого не оказалось. Дорога и улицы были пустынны. Ни людей, ни машин, ни роботов — ничего, что напоминало бы об обитаемости города. Только сверкание бесчисленных фонарей дневного света на причудливо разукрашенных столбах и ароматы цветов: роз, орхидей, медуницы, ромашек…
Юрий удивленно поводил носом. Ему казалось, что все бесконечное множество цветов Земли нашло приют в этом непонятном, неизвестно как возникшем на Адрии городе.
Как бы принимая на себя обязанности экскурсовода, Василий вдруг оживился.
— Стены города и ров — это не только декорации, — пояснил он. — Прошу не забывать, что мы на Адрии. Планета все-таки пока еще очень дикая, и кое-какие меры безопасности мы были вынуждены принять. Например, обнести данную долину еще и кольцом гор.
Заметив вопросительный взгляд Юрия, Василий уточнил:
— Нет, я не оговорился. Не город был выстроен в кольце гор, а именно горы выращивались вокруг города… Вообще, конечно, для нового человека это звучит дико, но вам, Юрий Алексеевич, придется привыкать к нашим условиям.
— Судя по всему, — пробормотал Юрий, рассматривая пышную архитектуру зданий, мимо которых они мчались, — условия у вас здесь вполне сносные.
— Ну, это на чей взгляд.
— Если судить по архитектуре, кое-где проступает прямо-таки восточная роскошь. Мне даже думается, что строители этого города не имели никакого представления об экономии.
— Едва ли то, что вы здесь наблюдаете, можно выразить этими терминами. Роскошь — это ведь всего лишь нищета в красивой упаковке. Что же касается экономии, то, обладая теми ресурсами, которые сейчас имеет Адрианский центр, о ней говорить не приходится. Скорее можно рассуждать о целесообразности. Уверяю вас, Юрий Алексеевич, если бы кто-нибудь из наших обнаружил, что целесообразнее мостить дороги бриллиантами, у нас здесь бы уже действовало несколько подобных дорог. Впрочем, что-то я слишком разговорился. Мы уже приехали.
Василий остановил вездеход у высокого белого здания с колоннами и, указывая на ступеньки каменной лестницы, сказал:
