– Итак, Джон Джейкоб, мой добрый друг, все ли еще считаешь ты себя ребенком или готов приступить к самой важной работе, какую я для тебя припас?
Я понял, мне предлагают присоединиться к мальчикам верхних комнат, и вмиг возгордился тем, что из всех мальчиков поменьше на эту роль избрали именно меня. И ответил мистеру Льюису, что готов, и он помог мне умыться и причесаться, а затем отступил на шаг и оглядел меня, и тоже не без гордости на лице.
– О да, – сказал он. – О да, еще бы. Паренек ты красивый. Миловидный. Пойдешь нарасхват. Готов поклясться, ты принесешь мне целое состояние.
– Спасибо, сэр, – ответил я, не понимая, что он хотел сказать.
– Ну-с, поскольку сегодня твоя первая ночь, обхождение с тобой будет мягкое. Нам вовсе не нужно, чтобы наверх поднялись и другие мальчики. Там все будет только твоим – как тебе нравится эта мысль?
Я сказал, что нравится, и по липу его разлилось даже большее прежнего довольство, но затем он вдруг посерьезнел и опустился на колени, чтобы мы могли смотреть друг другу прямо в глаза.
– Но скажи мне, – попросил он, с подозрением глядя на меня, – я. могу на тебя положиться, ведь так?
– Конечно, сэр, – ответил я.
– И ты благодарен мне, давшему тебе приют и друзей твоих лет? Ты не подведешь меня!
– Нет, сэр, – сказал я. – Как можно!
– Что же, рад это слышать. Очень рад слышать это, Джон Джейкоб. Очень. И ты будешь делать все, что тебе скажут, так! И никому хлопот не доставишь?
Я снова кивнул, хоть мне уже и стало немного не по себе. Впрочем, мой ответ, по-видимому порадовал его, и вскоре мы поднимались по лестнице на верхний этаж, где я, поселившийся в заведении несколько лет назад, так ни разу и не побывал. Я часто гадал, как он может выглядеть, и предполагал, что обставлен он так же скудно и выглядит так же тускло, как наши комнаты внизу, однако, когда открылась дверь, с удивлением увидел красивую гостиную с удобной софой и множеством плюшевых кресел. В дальнем конце ее различались в противоположных стенах две двери, открытые, за каждой я увидел простую кровать и тазик для воды.
– Ну, Джон Джейкоб, как тебе нравится эта комната! – спросил мистер Льюис.
– По-моему, красивая, сэр, – ответил я. – Даже очень.
