Фальконер безмолвствовал. Бёрд раскурил себе сигару и, разогнав перед лицом дым, повернулся к Натаниэлю:
— Полковник интересуется, какой смертью умер Итен Ридли, Старбак?
— Картечью разнесло, полковник. В клочья. — безмятежно ответствовал Натаниэль.
— Именно так мне записать в полковые книги, Фальконер? — осведомился Бёрд, — Ридли убит картечью?
Вашингтон Фальконер молчал, сверля Старбака взглядом. Бёрд пожал плечами:
— Ранее вы давали мне указание арестовать Старбака за убийство Ридли. Мне как, арестовать его? — ответа Бёрд не дождался, — Старбак, вы убили Итена Ридли?
— Нет. — покачал головой Натаниэль.
Он смотрел на Фальконера. Тот знал, что бостонец лжёт, но обвинить в лицо духу не хватило. К офицерскому костру подтягивались любопытствующие легионеры со всего лагеря.
— А полковник говорит, что Ридли убили вы. — настаивал Бёрд, — Что скажете?
Старбак достал изо рта сигару и плюнул в костёр.
— Полагаю, плевок следует расценивать как несогласие? — довольно уточнил Бёрд, — Кто видел гибель Ридли?
Языки пламени посылали в небо искры. Никто не отзывался.
— Кто видел? — повторил Бёрд.
— Я видел. — к костру шагнул Труслоу, — Поганца разорвало картечью.
— Старбак ли застрелил его этой картечью, сержант?
Вокруг костра раздались смешки. Фальконер побагровел, но всё так же хранил молчание.
— По-видимому, полковник, вы ошиблись. — обратился к нему Бёрд, — Следовательно, лейтенант Старбак невиновен. А теперь, как мне кажется, вы хотите, полковник, поблагодарить лейтенанта за спасение знамён, да? Я вновь «тонко уловил вашу мысль»?
Но Фальконер больше не мог находиться в центре насмешливого внимания людей, которые сражались в то время, как он гонялся за славой. Он беспомощно оглядел сгрудившихся у костра легионеров и заметил за их спинами всадника.
— Вам что угодно? — сухо осведомился он.
— Вы приглашены на ужин, полковник. — сказал штабист, — Из Ричмонда прибыл президент, сэр, и генералы жаждут вашего общества.
Приглашение пришлось очень кстати. Отъезд давал Фальконеру шанс сохранить лицо, и полковник не замедлил этим шансом воспользоваться:
— Конечно, конечно. Адам! Поедешь со мной!
Фальконер-младший как раз доковылял до выхода из палатки, чтобы поздравить друга, но отцу нужна была поддержка сына, и Адам, послав Старбаку извиняющийся взор, покорно полез в седло подведённой Нельсоном кобылы.
Когда три всадника скрылись в ночи, Бёрд с прищуром уставился на Старбака:
— Как я понимаю, полковника до утра можно не ждать. Выходит, командую Легионом я. И на правах временного командира Легиона я выношу вам, Старбак, благодарность за спасение самого дорогого, а именно: двух знамён и меня лично. Только вот ума не приложу, что с вами делать?
— Вам виднее, майор.
— Не думайте, что ваши сегодняшние прегрешения останутся безнаказанными! — погрозил майор юноше длинным узловатым пальцем, — Отныне вы — капитан роты несчастного Розуэлла Дженкинса. Если, конечно, сержант Труслоу захочет выслушивать приказы от бостонского недоучки, пасторского сынка, у которого даже борода не растёт.
— Захочет. — коротко бросил Труслоу.
— Вот и берите его, сержант, но не говорите потом, что я вас не предупреждал!
Оказавшись вне пределов слышимости греющихся у офицерского костра людей, сержант Труслоу сплюнул табачную жвачку и остановился:
— Так каково это: убить человека? Помнишь, ты спрашивал у меня? Теперь сам скажи, что ты чувствуешь? А, капитан?
Капитан? Пожалуй, да. Капитан.
— Удовлетворение, сержант.
Труслоу кивнул:
— Ты пристрелил ублюдка, я видел. Любопытно, за что?
— За это. — Старбак взял коротыша за руку и вложил в чёрную от пороха ладонь кольцо, — всего лишь за это.
На серебре играли блики от костров. Секунду Труслоу взирал на кольцо. Затем сжал пальцы и пошагал туда, где расположилась рота «К». Эмили была на небесах, и кольцо приведёт к ней Труслоу в его срок. Внезапно коротыш повернулся к Натаниэлю, схватил за рукав, в его горле что-то булькнуло. Плачет, что ли? Но сержант прочищал глотку. Помедлив, едва слышно спросил:
— Как она, капитан?
— Счастлива. На диво, счастлива. Пришлось ей нелегко, но сейчас она довольна и собой и своим житьём. А кольцо просила забрать у Ридли и передать вам.
Труслоу испустил тяжёлый вздох:
— Наверно, убить подонка должен был я?
— Салли хотела, чтобы я его убил. И я убил. С удовольствием. — Старбак не сдержал усмешки.
Труслоу надолго замолк. Поднеся к глазам кольцо, он посмотрел на него и бережно спрятал в карман.
— Дождь будет завтра. — сказал коротыш, — Воздух дождём пахнет. Наши бездельники одеяла и подстилки прохлопали, с утра надо будет порыскать, найти что-то взамен.
Он привёл Старбака к костру роты «К» и представил:
— Новый капитан. Роберт, бекон остался? Джек, доставай припрятанный хлеб. Пирс, где виски, что ты раздобыл? Присаживайся к огню, капитан, не стесняйся.
