— И это тоже. И то, что неважно, кто сделал брошюры. Потому что «Мокси» принадлежит всем. — Я бросаю взгляд на Клодию в сомнении. — Всем девочкам, которые хотят быть феминистками.
Клодия ничего не отвечает. Просто кивает, словно хочет это обдумать. В этот момент звонит мой телефон.
— Это Сара, — говорю я. — Что-то происходит перед главным входом.
Мы идем к парадному крыльцу Ист Рокпорт Хай. Толпа собирается рядом со ступенями, которые ведут к огромным серым металлическим дверям. Но двери едва видны, потому что они покрыты ярко-розовыми флаерами. Гул голосов учащихся становится громче с каждой секундой.
Сара замечает нас и бежит к нам с флаером в руке. Запыхавшись, она отдает его нам, и мы смотрим на него.
— Черт возьми, — говорит Люси.
Потому что других слов нет.
Конечно же, все говорят только об этом. Все так поражены флаером, что разговаривают на пониженных тонах.
Тут и там я слышу обрывки разговоров.
— Кто-нибудь видел Митчелла?
— Как вы думаете, кто это сделал?
— Думаете, это правда?
Люси отправляется в свой класс, а мы с Клодией идем на урок истории. В руке Клодия сжимает бумажку, ее глаза снова и снова бегают по строчкам.
— Клодия, осторожнее, — говорю я и тяну ее за локоть, — ты почти врезалась в стену.
— Да? — Клодия наконец смотрит на меня. — А. Прости.
— Все нормально? — спрашиваю я.
Клодия хмурится и качает головой. Я понимаю, о чем она думает.
Как только я собираюсь войти в класс, Сет появляется из-за угла, держа в руке флаер, как и все остальные. Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, но я не реагирую. Мне не до поцелуев.
— Ты в порядке? — спрашивает он, отстраняясь. На его лице появляется обида. Я притворяюсь, что не замечаю.
— Да, в порядке, — говорю я. — Просто… этот флаер.
— Знаю. Есть идеи, кто это сделал?
Я отрицательно качаю головой.
— Думаешь, это правда?
Теперь моя очередь отстраниться.
— Конечно, это правда, — говорю я. Оглядываюсь, а потом едва слышно произношу: — Я же сказала тебе, что он сделал с Клодией.
Сет кивает, словно совсем забыл об этом. Может, так и есть.
— Да, конечно. И это отвратительно. Но здесь написано, что он пытался кого-то изнасиловать.
— И?
— Просто это серьезное обвинение.
Я даже не знаю, что сказать. Я смотрю на Сета. Я хочу, чтобы он был на моей стороне. Защищал эту девушку вместе со мной.
— Слушай, я не говорю, что это неправда, — говорит Сет взволнованно. — Просто это достаточно серьезное обвинение, и я удивлен, что она рассказала об этом здесь, вместо того чтобы обратиться к администрации.
— Когда Клодия пошла туда, ей посоветовали забыть о случившемся и воспринимать это как комплимент. — Я чувствую, как мое лицо горит от злости. — Слушай, я опаздываю.
— Ладно. Я просто пытался донести свое мнение, — отвечает Сет, — я не говорю, что этого не было.
— А звучало именно так, — резко говорю я.
— Слушай, Вивиан, успокойся, я не…
— Давай поговорим позже. — И добавляю сердито. — И не указывай мне, что делать.
Сет делает шаг назад, словно я только что ударила его в живот.
Я захожу в класс, смаргивая слезы, которые даже не заметила.
— Ты в порядке? — спрашивает Клодия, когда я сажусь на свое место.
— Я только что… Я поссорилась с Сетом. Он не уверен, что здесь написана правда.
Раздается звонок, но миссис Роббинс нет в классе. Клодия наклоняется ко мне с озабоченным выражением лица:
— Мне жаль, Вивви. Что произошло? — Но я не успеваю ничего ответить, потому что в класс влетает миссис Роббинс и громко хлопает в ладоши, чтобы привлечь наше внимание.
— Я только что со срочного собраний учителей. Директор Уилсон сделает объявление. Послушайте его очень внимательно. — Ее холодный взгляд особенно задерживается на девушках.
Несколько мгновений спустя система связи издает тихий гудок. Потом мы слышим гнусавый голос директора Уилсона. Он явно разозлен.
— Ученики Ист Рокпорта, ко мне поступила информация, что в школе распространяется флаер, призывающий устроить митинг завтра в полдень. Я представляю, как он стоит в кабинете и говорит в микрофон, словно диктатор маленькой страны.
— Любой учащийся, который придет на него, будет незамедлительно отстранен от занятий и исключен из школы, — говорит он.
По классу проносятся шепотки, и миссис Роббинс снова хлопает в ладоши и кричит: «Слушайте!».
— Что касается информации, которая написана в флаере, — продолжает директор Уилсон, — администрация школы разбирается в ситуации. Безопасность учеников стоит на первом месте. — Слова настолько формальные и смехотворные, что я не могу не повернуться к Клодии и Саре и закатить глаза. Мне все равно, даже если миссис Роббинс видит.
— Теперь давайте вернемся к учебе. Наши сотрудники снимают флаеры с дверей главного входа. Любой найденный флаер будет конфискован.
Я сижу за партой, сгорая от ярости. Он разбирается в ситуации, конечно. Прибытие марсиан во время обеда и то более вероятно.
