Девушка освобождалась от пальто, а я, улучив момент разглядывал ее. Стройная, со вкусом одетая и умело пользующаяся косметикой, она имела правильные черты лица, но походила на рисунок плохого художника, который не мог привнести в портрет никакой изюминки и изображал исключительно анатомически верную типовую модель. Обычно я сразу мог решить, нравится мне девушка или нет, но сейчас я осознал, что не чувствую ничего, словно передо мной был все тот же статист. Возможно мне просто нужно лучше с ней познакомиться, ведь до этого момента я ее даже не видел.
– Тогда не против, если я выберу?
– Да, без проблем.
Таня улыбнулась и посмотрела на меня чуть прищурив взгляд:
– Надеюсь, на этот раз ты без ножа?
– Без, – заверил я, чуть улыбнувшись, – Можешь обыскать.
Девушка сверкнула глазами и повела бровью:
– Может до этого и дойдет, но только сперва я поем. Ты ведь не сбежишь с моей сумочкой, пока я залипаю на пирожные?
Таня грозно посмотрела на меня и хоть говорила шутливым тоном, явно этого опасалась, что, впрочем, не удивительно, учитывая историю, приключившуюся с Санрайз в моем теле. Решив, что мою репутацию спасет только юмор, я, напустив на лицо немного досады, признался:
– Я плохо бегаю. Если вдруг что, ты меня непременно догонишь.
Таня на миг задумалась, довольно забавно нахмурив брови, после чего все же улыбнулась, погрозив мне пальцем:
– Даже не думай, разбойник.
Я поднял руки и демонстративно снял куртку, повесив ее на вешалку рядом, словно залог безопасности Таниной сумки. Уняв ее тревогу и проводив ее взглядом до стойки, я снова уставился в окно. Мне казалось, что встреча с Таней затянет меня в окружающую действительность и все мои мысли сосредоточатся на ней, довольно красивой и даже приятной в общении, но этого не случилось. Теперь этот мир, а не мир Санрайз казался мне игрой и в отличие от «Бурана, Тайги и Асмодея» весьма посредственной.
Я ковырнул ногтем деревянную столешницу, казавшуюся мокрой от толстого слоя глянцевого лака, вспомнив, как подобным образом изучал котел в доме послушника Благодати Игзигаля – первого персонажа из игры, которого повстречал в деревне Даклия. Сколько всего произошло с тех пор! Я вспомнил Рыжика, с которым пережил массу приключений и которого убил в логове некроманта Амерона. Да, он уже был мертвецом тогда, но…
– Я все! – бодро отрапортовала Таня, снова появившись у стола и выдернув меня из воспоминаний, – Я буду вензель с малиной, латте и курник, с утра ничего не ела.
– Хорошо, – кивнул я и поднялся.
– Я тебя точно не разорю?
– Нет, не переживай.
Прихватив кошелек, я направился к стойке. Особого аппетита у меня не было, но я не хотел, чтобы Таня решила, будто я извел на нее все свои деньги и заказал себе чизкейк и американо без сахара. Добавив к этому заказ Тани, я расплатился и с подносом вернулся к столу.
– Итак, – протянула Таня, отпив кофе и выжидательно уставившись на меня, – Мы остановились на том, что ты сбежал от полиции, роняя опасные острые предметы.
Начинать эту тему снова мне не хотелось, но похоже Санрайз успела как-то уладить это недоразумение и Таня не стала больше пытать меня объяснениями.
– Твой отец настоятель нашел тебя? Или ты еще в бегах от него?
Восстановив в памяти легенду про монастырь, которую сочинила Санрайз, я кивнул, желая поскорее уйти от выдуманных проблем к реальным:
– Нашел, наказал и отпустил грехи. Теперь я готов совершать новые.
Я надеялся, что Таня поняла, что я шучу, но похоже ее мои потенциальные грехи ничуть не смущали.
– О, а я стало быть искусительница, которая должна лишить невинности твою впервые выбравшуюся из монастыря душу.
Я несколько опешил от такой прямолинейности, но Таня тут же засмеялась:
– Ты такой забавный, когда смущаешься! Не волнуйся, хоть я и сказала, что ты мне понравился, это не значит, что я на все готовая. Просто редко встречаю парней, которые не знают, что такое фэнтези, не ходили в кино, воспитывались в монастыре и при этом бегают по улицам с ножами за пазухой.
– Да уж, так себе портрет, – невольно поджал губы я, – У тебя довольно специфический вкус.
Таня снова засмеялась и на этот раз я ее поддержал, наконец ощутив, как что-то сжимающее мою душу, отступило.
– А я? – отсмеявшись, неожиданно спросила Таня.
– Что ты?
Она чуть наклонила голову и откинулась на спинку стула:
– Я в твоем вкусе, монах-разбойник, или тебе нельзя о таком думать?
Наверно стоило ответить «нельзя» и закрыть неожиданно откровенную тему, но я не хотел снова забиваться в свою конуру, прячась от мира и от Тани. Вместо этого я позволил себе окинуть девушку взглядом и задумался. На какое-то мгновение я будто наяву увидел перед собой Санрайз. Ее руки изящно держали чашку с кофе, на ней был стильный свитер Тани, так же красиво ниспадающие на плечи темные волосы с рыжеватыми искорками от падающего сверху света. И она улыбалась мне почти как Таня, но в ее глазах не было этих инфантильных искорок, только глубина, за которой скрывался удивительный мир, манящий и будоражащий меня. Морок исчез едва я моргнул и суровая реальность снова возникла передо мной.
– Ну? – вскинула бровь Таня.