Взглянув на Игоря, Андрея и Пикселя, солидарных со мной в том, что Вероника злая сука, я подумал, что мог бы сам признаться им в чувствах к Санрайз. Лишить Веронику удовольствия и уже сейчас выяснить, что друзья подумают обо мне… Мысль казалась удачной, но подобрать подходящие слова я не мог. Как я не пытался, выходила какая-то чушь шизофреника: «Мне нравится Санрайз», «Я влюбился в свой аватар» и «Я… люблю Санрайз»… Все эти варианты выставляли меня психом, каким-то чудным даже не нарциссом, а гермафродитом, влюбленным в собственно тело. Нет, о моих чувствах к Санрайз если кто и узнает, то не так, не когда я в таком нелепом положении застрял. Быть может, я признаюсь Андрею с Пикселем, когда мы вернемся в свой мир, соберемся через недельку другую у кого-нибудь дома или даже в кафе и с улыбками будем вспоминать пережитые приключения. Я смогу поделиться с ним только тогда, когда мои отношения с Санрайз останутся лишь воспоминанием…
Все снова погрузились в собственные мысли, но минут через десять к нам присоединился Джеймс. Отрывисто поздоровавшись, он радостно сообщил, что побывал дома. Несмотря на любимую нами тему, я был не в настроении вспоминать английский и наседать на канадца с вопросами, доверив эту функцию Андрею с Дарлисом. Из обрывков фраз я узнал, что Джеймс решил пообщаться с соседями, и они его не узнали. Так же как мои не узнали меня. Нас будто выкрали из собственного мира, попутно стерев всю биографию. Мысль показалась мне интересной, хоть и, в настоящий момент, бесполезной. К этому же выводу пришли и остальные, мусоля эту тему так и эдак.
– А что если все так и останется? – Озвучил Андрей главный вопрос, – Что если мы теперь никто в собственном мире?
– Зае…сь, начну жизнь заново! – Равнодушно пошутил я…, хотя может и не пошутил.
Мою шутку сочли не смешной и вернулись к тревожным мыслям, от которых меня уже воротило. Над нами снова собрались тучи поганя мне и без того скверное настроение, а через четверть часа с них обрушился ливень. Дорогу размыло так, что кони периодически оскальзывались, а к этому моменту, слева от нас уже возник весьма крутой склон, усеянный камнями и тонкими молодыми деревцами. Справа пока еще полого вздымался горный хребет. Укрывшись от дождя капюшонами, мы почти перестали слышать друг друга и разговоры прекратились. Я смотрел на извилистую дорогу, пытаясь разглядеть приметы, которые указала Санрайз в своей инструкции. Через какое-то время мы решили притормозить и дождаться гвардейцев. Мы встали посреди дороги, будто назгулы из Властелина колец и посматривали по сторонам. Первым монстров заметил Андрей, вскинув руку и ткнув пальцем куда-то вниз по склону:
– Волки!
Мечи мгновенно возникли у нас в руках, а глаза стали рыскать по окрестностям, в поисках новых врагов. К своему облегчению мы заметили только парочку тварей, размером с пони и они явно не были расположены к драке, крались через кусты, лишь изредка поглядывая в нашу сторону.
– Может они спешат к дружкам, напавшим на герцога? – Заволновался Андрей.
– Предлагаешь прикончить их? – Спросил Дарлис.
Пока мы решали эту дилемму, раздался обиженный скулеж и я заметил, как в волков полетели стрелы с дороги. Через мгновение нас нагнала гвардия вроде в полном составе. Гвардейцы быстро разделались с парочкой, неудачно оказавшейся поблизости, собрали стрелы, и мы снова двинулись в путь. Несмотря на то, что я основательно вымок, я был благодарен дождю за то, что он защищал меня от лишних разговоров. Даже герцог не решился ко мне приставать, хотя вероятнее всего, потому что был сильно уставшим, как и все его воины. Вероника, к моему удивлению, уступила место в телеге задремавшей Лийсар и о чем-то тихо беседовала с Рыжиком. Отчетливо ощущая себя параноиком, я был уверен, что разговор шел обо мне, но проверять этого не стал, только плотнее укутался в свой драный плащ и отправил коня вперед колонны, подальше ото всех.
Дождь не унимался до самых сумерек, которые прибавили уныния пейзажу. Какое-то время дорога пробиралась по склону горы, пересекалась узкими тропками, которые видимо оставляли овцы или другой скот, а вскоре выбралась на плато, почти полностью превратившееся в смесь пожухлой травы и грязи. Окинув взглядом горизонт, я заметил далеко впереди каменную башню.
– Должно быть, это и есть форпост Даглад, – Предположил герцог, нагнав меня.
Новость о долгожданном привале подняла настроение воинам и прибавила им скорости. Лийсар проснулась, когда мы были уже на полпути к башне, и подтвердила догадку Слидгарта. Форпост был построен для наблюдения за дорогой к горному перевалу, но когда монстры стали осаждать Скират, а временами и проникать в долину, люди разбежались, а те, что были посмелее, крепко засели в крепости Скирата, оставив Даглад на растерзание ветрам и времени.
– Раньше здесь держали резерв и провизию для Скирата, но после нескольких налетов монстров, прорвавшихся через перевал, форпост был разрушен, а ресурсов на его восстановление не было, все уходило на Энастур, главную крепость Скирата.