На улице пахло осенью, и теперь я знал почему. Проклятая пустыня осталась в прошлом и, похоже, там же застрял Салим. Судя по письму Санрайз, предателем он не был и теперь, пока мы маршировали к воротам города, обрастая гвардейцами и скабенитами, во мне схлестнулись противоречивые чувства. С одной стороны, если Салим сейчас боролся с чудовищами, то мне совсем не хотелось ему мешать, особенно если чудовища побеждали. С другой стороны, я прокручивал в голове слова Санрайз и безумно хотел залечить ее душевные раны…, а для этого должен был вернуть ей проклятого Салима. А потом заставить этого мудака уже нормально отправить меня домой. Последняя мысль напомнила мне другую часть письма Санрайз, в которой она говорила об Амероне. Некромант хочет вернуть нас домой? Почему-то у меня было ощущение, что наш мир он считает загробным и «вернуть домой» означает, отправить на тот свет. В этом случае я как-то скептически относился к его намерениям, учитывая, что прикончив нас, Амерон может тут же сделать нас частью своей мертвой армии. Черт, о таком исходе встречи с некромантом я прежде не задумывался.
– Думаешь это твой бой-френд? – Внезапно спросила меня Вероника.
Я был в своих мыслях и даже если бы вернулся в реальность, вряд ли сообразил бы, что ей ответить, но меня снова выручил Дарлис, который старался держаться рядом.
– Я был бы только за, если бы он присоединился к нам в походе на Разлом. Такой маг нам точно пригодиться.
– Ага, – Кивнула Вероника, наконец, отвернувшись от меня, – Жечь врагов и согревать постельку…
Вот ведь сука! Я невольно прожег стерву взглядом, но она этого не заметила.
– Сколько там монстров, Энгус? Сколько людей ты видел? – Рыкнул Гилфорт.
Энгус покачал головой:
– Я ничего не видел, барон. Мне Редард с Бертромом доложили.
– Твою душу в пропасть! Они их посчитать не удосужились?
Энгус поджал губы и, пожав плечами, ответил:
– Они сбежали, как увидели тварей.
Мужик бросил взгляд на нас, добавив:
– Теперь все считают, что мы под надежной защитой и стоять дозором, это дело рыцарей, а не ремесленников.
– Удивительно, что вы с таким подходом уцелели, – Хмыкнул Слидгарт.
– Именно благодаря такому подходу мы и уцелели, – Парировал Энгус.
Я только теперь обратил внимание, на мельтешащих по сторонам широкой улицы местных обитателей. Никто из них не спешил присоединяться к нашему отряду, напротив, они таращились на нас круглыми от ужаса глазами, а стоило нашим взглядам встретиться, как жители тут же отворачивались и закрывали ставни.
– Герцог, а ваши дозорные монстров не заметили? – Спросил Пиксель.
– У южных ворот стояли Стимар и Фольк, должны были доложить сразу как увидят кого.
Слидгарт бросил взгляд на меня, будто намекал на что-то. Может местным монстры привиделись и этот Редард с Бертромом зря шухер навели?
– То есть там и Салима наверно никакого нет, – Вскинула бровь Вероника.
– Проверить все равно стоит, – Сказал Гилфорт, – Мои люди трусоваты, но даже если со страху одного монстра за стаю приняли, его лучше найти и прикончить, пока не разнюхал, сколько тут свежего мяса бродит.
– И ворота стоит отремонтировать, – Кивнул герцог, – Чтобы так каждую ночь бегать не приходилось.
– С вашей помощью управимся. С утра и начнем, – Согласился Гилфорт.
Я по крупицам собирал информацию о полевой обстановке, лишь изредка поглядывая на Дарлиса, готового разъяснить мне малейшие нюансы. Пока я к нему с вопросами не лез, рассчитывая сделать это в более подходящей интимной обстановке. По той же причине я не затевал разговора с Андреем, хотя не редко ловил на себе его взгляд. Я уже сделал вывод, что о событиях в оазисе Андрей едва ли что-то знает, а событий после оазиса видимо было не так много. Выходило, что рассказать о том, что произошло в оазисе после ритуала мог только Дарлис или Вероника. И то не все.
Когда мы оказались у разбитых ворот, наш отряд насчитывал уже две дюжины воинов. Дарлис пояснил, что это не все, кто вырвался из оазиса и многие раненые прячутся в храме. В том числе и мой Рыжик. Я принял информацию к сведению, прикидывая, сколько монстров за стенами города, если нас тут всего около тридцати.
У ворот нас встретили гвардейцы Стимар и Фольк, спешно доложив, что были вынуждены покинуть пост, охотясь на очередного бакилара, пробравшегося за стену. К своему докладу они приложили отрубленную голову монстра. Герцог тут же спросил, переглянувшись с Гилфортом:
– Это все? Он был один?
– Милорд!
Гвардеец, взобравшийся на башню у ворот, спустился и спешно объявил:
– Там свара какая-то у кромки рощи. В темноте не разглядеть толком, но тварей целая стая.
– Точнее! – Нетерпеливо подтолкнул Слидгарт
– Около тридцати, но там и конные похоже.
– Конные твари? – Хихикнул Пиксель.
– Люди, милорд, – Пояснил гвардеец.
– Разъезд? – Удивился Гилфорт – Может на этот раз ваш Нартагойн вернулся со Скирата?
Гвардеец только пожал плечами:
– Вымпелов при них нет.
Гилфорт посмотрел на Слидгарта, словно ждал его решения, потом пояснил: